Геноцид в России в годы Великой Отечественной войны и послевоенное время в отношении немецкого народа

Геноцид в России в годы Великой Отечественной войны и послевоенное время в отношении немецкого народа


МБОУ Боготольская средняя общеобразовательная школа
Боготольского района Красноярского края

Выполнил: ученик 10 класса Панов Артем

Руководитель: учитель высшей категории,
Почётный работник общего образования
Головкова Надежда Александровна

2013 год

ВВЕДЕНИЕ

30 октября 2009 года Президент России Дмитрий Медведев обратился к российскому народу в связи с Днем памяти жертв политических репрессий. Глава государства заявил, что «память о национальных трагедиях так же священна, как память о победах». Он также добавил, что «важно не допустить под видом восстановления исторической справедливости оправдания тех, кто уничтожал свой народ».

В 1941 г., после начала Великой Отечественной войны, судьба поволжской диаспоры кардинально изменилась. Лояльность немцев к советской власти была поставлена под сомнение. 26 августа СНК СССР и ЦК ВКП приняли постановление, предусматривавшее переселение всех немцев из поволжской автономии, Саратовской и Сталинградской областей в восточные регионы РСФСР и Казахскую ССР. Постановление содержало перечень краев и областей расселения, а также квоты размещения депортированных немцев. Всего предполагалось переселить 433 тыс. человек. В постановлении указывались меры по проведению этой операции, которую следовало завершить 20 сентября 1941 г.

Приказом НКВД от 27 августа в Республику немцев Поволжья направлялись сотрудники этого ведомства, работники милиции и красноармейцы. На каждую немецкую семью составлялись учетные карточки. Иногда перепись поручали самим немцам: с присущей им аккуратностью жители сел составляли списки, не зная их предназначения.

Официально объявил о предстоящей депортации Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. “О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья”. Немцы были обвинены в сокрытии в своих рядах шпионов и диверсантов. Правительство решило переселить всех немцев из Поволжья в Новосибирскую, Омскую области, Алтайский, Красноярский край, Казахстан и соседние местности и наделить переселенцев землей и угодьями в новых районах.

Мы считаем, что взятая мною для исследования тема "Геноцид в России в годы Великой Отечественной войны и послевоенное время в отношении немецкого народа" актуальна, так как на протяжении 50 лет нельзя было говорить о высланных с Поволжья в Сибирь немцах, как подвергшихся репрессиям. Люди России должны знать, что не только со стороны Гитлера был геноцид в отношении еврейского, русского, польского и других народов, но и со стороны правительства Советского Союза в отношении немцев, проживавших на территории России со времен Екатерины II.

В связи с этим выдвинута гипотеза - немцы с Поволжья были высланы не только из-за того, что фашисты подходили к Сталинграду, а это был чистейшей воды геноцид.
Чтобы доказать свою гипотезу, мы поставили цель и выстроили задачи.

Цель: выявление репрессивной системы СССР через судьбы людей.

Задачи:
1)изучить источники, в которых содержится информация о репрессиях в отношении народа;
2)провести опрос людей, высланных в годы Великой Отечественной войны в Боготольский район;
3)проанализировать полученную информацию и сделать выводы

ГЛАВА 1

Особенности советской национальной политики в отношении российских немцев во многом определили как историческую судьбу этого народа, так и его современное положение. Очевидно, корни сложнейших современных этнополитических проблем российских немцев следует искать в зачастую непоследовательном, произвольном политическом курсе советского руководства, в его репрессивной политике периода Великой Отечественной войны.

Рассмотрим вопрос о том, как немцы появились в России.

Для исследования поставленных проблем нами избрана немецкая диаспора Поволжья, относящаяся к числу наиболее ранних по времени формирования групп российских немцев во внутренних регионах страны. Местная диаспора сложилась после издания в 1762 – 1763 гг. императрицей Екатериной II так называемых колонизационных манифестов, приглашавших иностранцев селиться в России. Иностранным поселенцам был предоставлен ряд привилегий и льгот при обустройстве в империи. В результате такой политики в 60-х гг. XVIII в. на Нижней Волге было образовано более ста немецких колоний. Немецкая диаспора составила одну из наиболее крупных этнических общностей Нижнего Поволжья и вместе с тем одну из самых многочисленных региональных групп российских немцев.

В XX веке это уже был обрусевший народ, но сохранивший генетический менталитет, обычаи, язык. Жили немцы дружно, хорошо хозяйствовали, соответствовали советскому времени.
В новых местах проживания депортированные немцы вынуждены были налаживать жизнь заново. Зачастую не хватало жилья, и в одном доме размещали несколько семей. Так, по воспоминаниям респондентов, в один дом селили по пять немецких семей. В условиях нехватки продовольствия переселенцам нередко приходилось вести полуголодное существование.
Репрессивная политика в отношении немцев, начавшаяся с депортации, нашла свое продолжение в последующих мерах.

14 сентября 1941г. в Красноярский край прибыли два первых эшелона с немецким населением. 2270 человек первого эшелона высадили в Большую Мурту, а 2336 человек второго эшелона в Шарыповский и Усть-Абаканские районы.

17 сентября 1941г. прибыл третий эшелон на станцию Ачинск в составе из 2318 человек, 2000 из них на баржах по реке Чулым направили в Бирилюсы. В Боготоле высадили 49 семей.

В 1942 г. началась мобилизация немцев в рабочие колонны (трудовую армию). 10 января было принято постановление Государственного комитета обороны о мобилизации в рабочие колонны всех мужчин-немцев в возрасте от 17 до 50 лет, выселенных в Новосибирскую и Омскую области, Красноярский и Алтайский края, а также в Казахскую ССР. Мобилизованных предписывалось направить на лесозаготовки, строительство заводов и железных дорог. 7 октября 1942 г. вышло новое постановление. Оно предусматривало мобилизацию в рабочие колонны всех мужчин-немцев в возрасте 15 – 16 и 51 – 55 лет включительно, в том числе переселенных из центральных областей СССР и Республики немцев Поволжья в Казахскую ССР и восточные области РСФСР, и женщин-немок в возрасте от 16 до 45 лет включительно. Их надлежало отправить на предприятия Наркомугля и Наркомнефти .

В Красноярском крае немцы-трудармейцы работоли на сплаве и заготовке леса в Саянском районе на реке Кан. Отличались чистоплотностью, трудолюбием, держались друг за друга.
Распорядок жизни в трудармейских лагерях был строго регламентирован. Фактически положение мобилизованных немцев ничем не отличалось от положения заключенных. Трудармейцев водили строем под усиленной охраной и размещали в бараках, окруженных колючей проволокой.

Тяжелые условия жизни и непомерная физическая работа приводили к смертности, порой достигавшей значительных масштабов.

ГЛАВА 2

Разрабатывая тему национальной политики Советского государства в отношении немецкого народа, мы первым делом составили анкету (вопросник для немцев, проживающих на территории села Боготола). Во-вторых, были выявлены учащиеся МБОУ Боготольская СОШ с немецкими фамилиями: Отт, Вернер, Люфт, Кремер, Крафт, Миллер, Диль, Вейда.

В-третьих, запущены анкеты в немецкие семьи и получена информация. Из этой информации следует: изначально все семьи, кроме семьи Люфт, были высланы из села Красный Яр Саратовской области в августе - сентябре 1941 года. Всем было предписано собрать всё самое необходимое (что можно унести на руках) за 24 часа. В течение отведённого времени люди сушили сухари, резали скот, собирали продукты в дорогу. Мужчин мобилизовали в трудовую армию, а женщин и детей погрузили в вагоны для перевозки скота. Везли две недели через всю Россию в Сибирь. У многих кончились продукты, начался голод, становилось всё холоднее и холоднее. Тёплая одежда не спасала. Привезли на станцию Боготол Красноярского края. Расселили по разным деревням. Семью Вейда - в Тюхтет, семью Симон - в деревню Секретарку, Отт, Крафт, Вернер в - село Боготол.

Это общая картина. В процессе общения непосредственно с конкретными людьми, стало известно о лишениях, унижениях и откровенных издевательствах над высланными.
Из воспоминаний Вернер Анны Яковлевны.

"В селе Красный Яр Саратовской области мы жили неплохо, имели своё хозяйство: корову, коз, овец, свиней, кур. Родители работали, а дети помогали по дому, нянчились с младшими братьями и сестрами. С переселением мы потеряли всё. На месте ссылки пришлось пережить и голод, и холод. Не было денег. Я одиннадцатилетней девочкой таскала обледенелые вёдра с водой из Чулыма, санками из леса возила дрова, чтобы натопить ветхое жильё. Летом работала на сенокосе в колхозе, за продукты. Только после войны стали выделять хлебный паёк. А в начале 50-х годов, когда стала работать в МТС, появилась заработная плата. Стали потихоньку обживаться. Восстановить хозяйство, каким было в Поволжье, не удалось ".
Из воспоминаний Отта Фёдора Фридриховича.

"Мою семью привезли в село Боготол и поселили в амбаре на кульстане (летний лагерьдля работающих на полях), недалеко от Чулыма, где впадает речка Листвянка. Раньше там был колхозный сад. В амбаре было очень холодно, а нас там было пять семей: Вернер, Юстас, две семьи Гроо и наша - Отт. Чтобы прокормиться, мы вручную раскапывали целину на полянках и засевали её. Осенью собирали урожай. А весной эту землю у нас отбирали. И мы снова вспахивали целину. Особенно терпели издевательства от бригадира Скуратовой. Потом у неё сделали ревизию и посадили за растрату. И никому из нас жалко её не было".

Из воспоминаний Вейда (Отт) Лидии Андреевны.

"Моих родителей отправили в Тюхтет. Жить было негде. Вырыли землянку, в ней и поселились. Работали в колхозе не только днём, но и по ночам. Плохо говорили по-русски. Над нами смеялись. Дети были как затравленные зверьки. В лишениях прожили до 1947 года. В 1947 году из трудовой армии вернулся отец, стало жить легче. Он работал в ветеринарной лечебнице - там платили зарплату. Начал строить дом. Жизнь наладилась, приспособились к сибирскому климату и условиям жизни".

Из воспоминаний Люфт Лины.

«Семья моих родителей не была выслана с Поволжья, так как жила на Украине, попала в оккупацию. Маму со старшими детьми угнали в Германию. Там они находились в лагере. Известно, что над немцами (выходцами из СССР) фашисты особо не издевались. Моя мама приглянулась начальнику лагеря, он стал ее домогаться, и она, спасая своих детей, согласилась с ним сожительствовать. Когда советские войска освободили лагерь, маму с детьми депортировали в Советский Союз. Она была беременна от начальника лагеря. На Украине оставаться было негде: селение было уничтожено. И ее отправили в Сибирь. Так мы оказались в Боготольском районе. Родился у мамы сын, а когда из трудармии вернулся отец, он маму не упрекал и не унижал, благодарил за то, что она сохранила его детей. Родившегося ребенка признал своим сыном. Этот мальчик оказался очень способным, окончил военное училище и в настоящее время он офицер высшего комсостава Российской армии. Вначале, по прибытию в Боготольский район жилось нашей семье очень тяжело, но здесь уже были немцы, приспособившиеся к сибирскому климату, и они учили нас жить в непривычных условиях.

Из воспоминаний Диль Анатолия. Я родился уже в Сибири. У родителей был смешанный брак: отец – немец из селения Красный Яр Саратовской области, а мама – мордовка. Смотрела за нами, детьми, бабушка – немка. Суровая по характеру женщина, она не давала никаких поблажек детям. Говорила, что в жизни натерпелась столько, что должна научить жизни своих внуков: вдруг что-то в стране изменится, и тогда им придётся хуже даже, чем в годы войны досталось выселенным немцам. Сейчас я понимаю, что она, пережившая высылку, утратившая благосостояние, вытерпевшая унижения, боялась, что и внукам придётся приспосабливаться к изменившейся ситуации. Говорила она по-русски с большим акцентом, сердилась на нас, когда мы её не понимали. Особенно сердилась, если мы отказывались общаться с ней на немецком. Нам же родной язык отца уже не был нужен. Теперь я понимаю, насколько глупо рассуждал. Моему сыну пришлось учить язык с нуля. Бабушка умерла, отец мой языком владел плохо, я, к глубокому моему сожалению, совсем немецкого языка не знаю. Всего лишь третье поколение, а мы уже не готовим национальных блюд, не владеем языком, не знаем традиций и обрядов. Плохо это или хорошо – не знаю. Наверное, плохо. Немецкая диаспора с времён Екатерины II вплоть до середины XX века сохранила свою самобытность, а всего за какие-то 50 лет утрачено всё национальное. Женщины вынуждены были выходить замуж за местных: русских, чувашей, мордву. Немецкая кровь стала размываться.

ГЛАВА 3

День памяти жертв политических репрессий появился в календаре как памятная дата всего 20 лет назад.

Память о национальных трагедиях так же священна, как память о победах. И чрезвычайно важно, чтобы молодые люди обладали не только историческими знаниями, но и гражданскими чувствами, были способны эмоционально сопереживать одной из величайших трагедий в истории России. А здесь не все так просто.

Четыре года назад социологи провели опрос — почти 90 процентов наших граждан, молодых граждан в возрасте от 18 до 24 лет, не смогли даже назвать фамилии известных людей, которые пострадали или погибли в те годы от репрессий. И это, конечно, не может не тревожить.

Невозможно представить себе размах террора, от которого пострадали все народы страны. Его пик пришелся на 1937—1938 годы. Для немецкого народа это август – сентябрь 1941 года. «Волгой народного горя» называл Александр Солженицын бесконечный «поток» репрессированных в то время. На протяжении двадцати предвоенных лет уничтожались целые слои и сословия нашего народа. Было практически ликвидировано казачество. «Раскулачено» и обескровлено крестьянство. Политическим преследованиям подверглись и интеллигенция, и рабочие, и военные. Подверглись преследованиям представители абсолютно всех религиозных конфессий.

30 октября — это День памяти о миллионах искалеченных судеб. О людях, расстрелянных без суда и следствия, о людях, отправленных в лагеря и ссылки, лишенных гражданских прав за «не тот» род занятий или за пресловутое «социальное происхождение". Клеймо «врага народа» и их «пособников» легло тогда на целые семьи.

Миллионы людей погибли в результате террора и ложных обвинений — миллионы были лишены всех прав. Даже права на достойное человеческое погребение, а долгие годы их имена были просто вычеркнуты из истории.

Но до сих пор можно слышать, что эти многочисленные жертвы были оправданы некими высшими государственными целями.

Мы убеждены, что никакое развитие страны, никакие ее успехи, амбиции не могут достигаться ценой человеческого горя и потерь. Ничто не может ставиться выше ценности человеческой жизни.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Последствия репрессивной политики существенно сказались на культуре и национальном языке немцев Поволжья.

Следует отметить, что изначально основу разговорного варианта немецкого языка этой группы составили диалекты. На Волге, за исключением менонитских колоний, были представлены только средненемецкие говоры. Проводниками немецкого литературного языка прежде служили церковь, школа, печать. Но и этот вариант языка носил окраску диалекта. Из двух распространенных среди поволжской диаспоры языков большую роль в послевоенный период стал играть русский, являющийся средством межэтнического общения. Возросшее значение этого языка свидетельствует об активно развивающейся в языковой сфере ассимиляции, которая приобрела не менее широкие масштабы, чем в сфере традиционной культуры. Немецкий язык в семьях стал звучать всё реже и реже. В результате сегодняшнее поколение родного языка не знает. Это и есть геноцид. Культура утрачена, язык забыт, кровь размыта.

В 1964 г. указом Президиума Верховного Совета СССР немцы были реабилитированы. Через восемь лет, в 1972 г. с них были сняты ограничения в выборе места жительства. Часть немцев вернулась в Поволжье, в 90-ые годы из села Боготола одна семья Отт и одна семья Гроо выехали в Германию, где проживают до сих пор. Из их переписки с родственниками известно, что скучают по Сибири.

Мы много внимания уделяем борьбе с фальсификацией нашей истории. И почему-то зачастую считаем, что речь идет только о недопустимости пересмотра результатов Великой Отечественной войны.

Но не менее важно не допустить под видом восстановления исторической справедливости оправдания тех, кто уничтожал свой народ.

Принять свое прошлое таким, какое оно есть, — в этом зрелость гражданской позиции.

Не менее важно изучать прошлое, преодолевать равнодушие и стремление забыть его трагические стороны. И никто, кроме нас самих, этого не сделает.

ИСТОЧНИКИ

1.Архив музея «Наследники» МБОУ Боготольская СОШ.
2.Свидетельства немцев, высланных в село Боготол, Боготольского района, Красноярского края.
3. Приложение к протоколу заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 июля 1937 года (№ П51/324).
4. Дмитрий Медведев «Репрессиям нет оправдания» 5.http://nsportal.ru/ap/drugoe/library/iz ... portatsiya Немецкая республика до войны.


На главную страницу/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»