Сергей Бондарин. Письма из ссылки. 1953 г.


3/I-53.

Ну вот, милая Разженюха,

Новая дата /что-то она даст?/, а кажется, что-то будет. А вторую половинку придется отдать Сашке. Зато - приложение и для тебя: стихи на зимние мотивы и самые новогодние... В прозе, конечно, все это должно быть иначе, но - главное - и на самом деле в эту ночь я был сам по себе и "12" я отметил только тем, что трижды обошел вокруг избы с нашим "магазином", а в 4 (московские -"12") подбросил дров в печурку во тьме похрапывающего общежития, - и озарился светом пламени, и продолжал думать о тебе, о вас, о себе , этой ночью я остался доволен... За спиной у меня на темном столе стоял термос с крепким сладким чаем, просилась ко мне четушка с чистым спиртом в сопровождении бутера с балыком и парою пряников... Но все это сделалось позже, уже утром на обычном столе - дома, по-приятельски, после того как я встретил рассвет, осенивший меня высоко-высоко голубыми лучами, и само солнышко из-за лесу, и поклонился им...

А остальное, пожалуй, действительно, дополнят стихи, и твоя просьба будет выполнена.

Надеюсь, что прежние мои письма и открытки получены, и я не обманул тебя. Мужичка рисовал не я, а только по моему подсказу, думаю, что и Сашка будет доволен. А что сказали тебе записные книжки - мне это очень интересно - со всею прямотой и полнотой. А что Маруся? Софа? Еще в Писании сказано, что все возвращается на круги своя.

В жакетике из старого моего пиджачка ты должна показаться мне.

О "Станичке" и обо всем, о чем думается - писал. Пока - туго, почти без движения. Письмецо это, собственно,

должно было бы быть праздничным, так что о деловых делах говорить не стоит только вот, на всякий случай, если будешь собирать очередную бандерольку, войлоку на подшивку валенок. Батарейки еще есть, и луч по-прежнему среди ночи иногда бродит по поселку. А с дедом морозом мы добрые приятели, как тот Серега из стиха. Все это пока что еще при старом маге, но и у нового - мерзнуть не буду. А верно ли, что ты хороша только в сказке? Да этого разве не достаточно?

Приложение и для Зики и всем, а Бешке по-своему - совет и любовь.

Горячо целую тебя, родная Твой С.


 

I5/1-53

Письмо с конями, фонтанами, плотовщиками поспело: 14-го вечером я его имел, и особенно трогательно было признание, что и моя рука забралась в такое теплое, тайное, недоступное местечко...

Как прошла моя новогодняя ночь - ты уже знаешь, а 14-го, конечно, я тоже был с вами. Морозы у нас упали, теперь только крещенские, а там еще сретенские /2/II ст.ст./ и уже повеет весной. Тут все это сразу и сильно.

Работа пока что все еще, так сказать, в предварительной стадии обдумывания и надумывания. Много значит - короткий день. Пока туда да сюда, кастрюльки, цирюльки - и для работы остается час-два времени, а вечером не всегда бывает и подходящая обстановка и просто темно. День станет длинней, надеюсь работа пойдет лучше, тем более, что основное уже как будто обдумана... Набегает как будто и повесть или рассказ о "Мальчике с котомкой"... Вообще, оказывается, не любитель я возвращаться к старым работам, хотя, конечно, в них очень многое еще оставалось недоделанным, недоработанным, но как- то трудно возбуждать заново прежние чувства... или, может, трудно это мне в силу понятных причин?..

Напрашивается одно дело//тоже"писчее"/, на мой взгляд равноценное крупному и весьма потребному современному научному или техническому изобретению, и будь оно удалось бы , это и было бы той ценностью, о чем я тебе твердил... Короче говоря - изобрести пьесу... Именно изобрести - такую, в какой нынче очень нуждаются. Вот-бы! Но и это, конечно, требует времени, а самое трудное тут и гнездится - выдержки, стойкость и мудрость... Очень трудно.

Очень трудно, и еще труднее, когда вокруг передвижение <…>


25/YII/53г

Вижу, родная, что ты последнее время особенно нервничаешь. Почему? Что так? Кажется, для этого нет причин, во вся-ком случае, на этой стороне? А что у тебя? Всегда мало пишешь о себе и о своих.

Так в чем же дело? Обо мне говоришь, что я стал скупее на письма, "голос глуше"... Так ли это? Мне кажется, ты не разобралась и ошибаешься. Разве стихи это не мой голос? А если я скупее & других словах, так (если это не прозвучит нескромно) - не потому ли, что творческая энергия переключена, а этой самой энергии, или, проще говоря, сил - и в руках и в голове не так уж много/

... Но аккуратно  получаешь ты эти лирические басни? Что-то ты об этом ни слова. А между тем, может статься, именно их, эти басни и песни - следует и придется готовить и собирать к выданью.

А письма - реже, это по причинам почты. Прежде чаще был случай отправить, теперь, примерно, раза три в неделю, то бишь, в две недели...

И я уже писал и просил тебя "не выдумывать глупостей", как нам говорили в детстве. Всегда помни, что моя жизнь размерена от почты до почты, и весь нерв моего бытия сейчас, это возможность и желание писать и отсылать написанное тебе. За прозу пока не брался, стихи дак идут легче и приятней, - но вероятно, скоро возьмусь и за прозу, и дело, конечно, не в спешке и вообще, не в сроках, а в силе, качестве, значении результата.

Я понимаю, что все, что сделано до сих пор (может, за исключением некоторых басен) - это не та сторона медали, какую нужно показывать, и у меня самого какое-то чувство ущербности, неполноты, ведь баснями живете все вы, и ты знаешь, как я любил праздники страны!

И мне нужно еще суметь подтянуться и преображенным Волге, и Дону, новым домам Москвы... Но не могу я не слышать и Бабу-Ягу, которая по ночам шуршит и шипит тут в тайге надо мной. Это жизнь моя, это и есть один из голосов "из себя" - и что бы то не было - самое несчастье, и слезы, и боль просят своего слова, и в этом, ес¬ли хочешь, мое преимущество и надежда.

Ты говоришь о душе. Приди, родная, будем стараться вместе. Но ведь ты всегда и была со мною и в каждом моем слове твоя есть хотя бы тень, хот бы тень руки твоей. А душа мя – что же о душе сказать? Душа, можно сказать, без хозяйки не у дел /не удел ей без хозяйки/.

Ну, ладно, не навсегда это!

Вот у тебя и маленькая удача, сюрприз, выигрыш... Ну, спасибо, что отвалила и мне. Уж разреши по этому поводу тяпнуть за твое здоровье, о чем все-таки ты. думаешь мало, Плохо и нехорошо. Смотри, Женюха, накажет нас обоих мой Перуне. То-есть, не сумеешь ты выстоять против него - не хватит сил. А? Так не лучше ли подкрепиться?

У нас последнее время холодно. Ночью я в шубе, шапке, валенках, а днем бывают часы удушливого зноя. Мой приятель – петушок - и тот затихает в тени за бочками из под живицы. А то все похаживает у окон, высматривает в окнах меня или в сознании полной власти и свершения всех мировых дел гордо возвещает о себе бревна,- недопиленного мною еще с прошлой зимы…

Все люди по-прежнему еще в лесу.

В общежитии в будни тихо до позднего вечера, с субботы все пьяны. В воскресенье поселок качается, в понедельник – одурь.

У меня заряжена бутылочка черникой под собственную наливку. Зреет - на подоконнике. Вчера собрал грибов /сыроежки/ но жарить еще не научился.

Насчет здоровья - писал. Вчера ходил в деревню /-5+5 клм/ за картошкой и принес полпуда и не залег, как прежде.

Вода каждое утро свежая и уже целована. Сегодня снился дурацкий сон, что Григорьевы надругались над моей лысиной. К чему бы это? А еще были и Алеша и Бешка, и вообще снится всякое, но запоминаю редко.

Напиши о людях, если они сами не хотят. Не узнала ли о Вик. Бор? Были ли мои сослуживцы в спец.?

Огороды удались плохо, да и то меня, кажется, обмишурят.

Получили ли мои письма Сютка, Тэди, Осип? Взял ли у тебя свое письмо Виктор?
Будь умницей.

Целую.

С.

Что делает Бешка?
Сашке скажи, что я и сам все годы увлекался дамами.


На главную страницу