Черкашина (Неизвестных) Воспоминания


2010г. г. Красноярск

Я, Неизвестных (Черкашина)
Галина Е(А)кимовна,
родилась 12 апреля 1940г.

В больнице п. Ю-Енисейский Красноярского края (бывший центральный золотой прииск Гадалова), была шестым ребёнком моих родителей, которые в то время жили на прииске Шаарган. Мои родители: Черкашин А(Е)ким Филиппович, 1904г.р. и Черкашина Евдокия Ильинична 1902г.р. (они однофамильцы) вместе с родителями отца были репрессированы, а попросту раскулачены на основании Постановления ЦИК СССР и СНК СССР от 1.02.1930г. Лишены избирательных прав и высланы из д. Яново, Новосёловского р-на Красноярского края в ссылку на Север

Прежде, чем подробнее рассказать о родителях и нас детях сосланных и родившихся в ссылке, несколько слов, а может и ни несколько слов, о наших пра.... ,пра....
Моя мама Евдокия Ильинична Черкашина родом из казачьего форпоста на р. Июс (в простонародье звали фарпус) или станция Соленоозерная.

В советское время это был колхоз им.Буденного Орджоникидзевского р-на Красноярского края.

Мамина бабушка Акулина Константиновна Сурикова приходилась двоюродной сестрой Василию Ивановичу Сурикову, знаменитому художнику.

Родители мамы: Маланья и Илья Петрович Черкашин.

Отец тоже был казак и периодически ездил на сборы казаков в Томск.

Они рано, один за другим, умерли, оставив пятерых детей, старшей была мама 12-ти лет, Ненила, Николай, Александр, Яков.

Заботились о них Петр Петрович Черкашин, брат отца, и семья Василовских, они тоже были в родстве.

Николай Иванович Василовский, известный в Красноярске, как заместитель начальника «Красноярскуголь» по фамилии Семикобыла, приходился маме двоюродным братом.

Мой отец родом из д. Яново Новоселовского р-на, Красноярского края (сейчас этой деревни нет, она оказалась в зоне затопления с вводом в действие Красноярской ГЭС).

Его мама, а моя бабушка Степанида Афанасьевна Сурикова 1875г.р. была приемной дочерью Афанасия Яковлевича Сурикова. Он овдовел, остался с 4-мя или с 5-тью малолетними дочками, затем женился.

Новая жена пошла за него при условии, что он удочерит её дочку Степу, даст ей своё отчество и фамилию.

Где проживал Афанасий Яковлевич со своей семьей мне пока неизвестно.

Известно, что Афанасий Суриков 19-ти лет от роду проживал в Красноярске.

В краевом архиве в 1957г. есть запись. Мне об этом подсказал известный писатель Владимир Яковлевич Шанин, который готовит 3-х томник о Суриковых.
Спонсоры: Помогите ему издать эти книги.

В 2016г. исполнится 100 лет со дня смерти художника Василия Ивановича Сурикова.

Степанида Афанасьевна Сурикова была выдана замуж за Черкашина Филиппа Андреевича, 1873г.р., проживавшего в д. Яново. В д. Яново жили сплошь одни Черкашины. Они назывались чалдонами.

В давние времена, возможно во времена Ермака началось заселение Сибири казаками с р. Чала и Дона. И как мне рассказал один старик в Красноярске, он тоже Черкашин, в году примерно, в 1960-м, что в Сибирь прибыло два рода Черкашиных, один род поселился в д. Яново а второй в д. Светлолобово Новоселовского р-на.

Но мой дед не был казаком. Он был участником 3-х войн: германской, гражданской и японской.

У них с б. Степанидой было 12 детей, но в живых остались мой отец Аким, т. Аня, дядя Митя и т. Маруся.

Итак, дед с бабушкой проживали в д. Яново. У них было приличное хозяйство: пашни, лошади рабочие и в табуне, скот, овцы, свиньи, птица, все сельскохозяйственное орудие, дом с надворными постройками, амбарами, навесами.

Какое образование имел дед Филипп неизвестно, а бабушка Степанида умела только читать, её научил за один вечер проезжий человек.

Они занимались хлебопашеством. Сеяли пщеницу, рожь, овес, ячмень и лен!
Зимой мужчины ухаживали за скотом, готовили сбрую, снасти рыболовные.
Женщины доили коров, пекли свой хлеб и сдобу.

Была собака, бульдог и др. Имелось ружье «Винчестер». В горнице стоял большой семейный стол, очень красивый, инкрустированный красным деревом.

Был во всю стену иконостас. Еще на стене висела картина, писаная маслом. На холсте Иисус Христос, а над ним склонился Иуда.

А спали на полатях. Рушники и скатерти сами ткали из льна. Одежда праздничная хранилась в сундуке от праздника до праздника.

Для выезда в церковь зимой была красивая кошева, а летом тоже, но на колесах.

Так они жили до революции 1917 года.

В революцию деревню грабили то белые, то красные.

Был один интересный случай в их жизни во время революции. Это рассказывала папина сестра, т. Аня.

У них остановился Сергей Лазо со своей женой, когда он пробирался на восток. Каким образом он оказался в д. Яново, неизвестно. Он ходил по горнице нервничая, в ожидании повозки в белом полущубке.

Был и второй случай. Папа говорил, что ему было лет девять, когда у них остановился один ссыльный, лысоватый в кожаной куртке.

Отец играл во дворе, а незнакомец сидел в горнице у открытого окна и смотрел, как он играет, а потом что-то написал на листочке бумаги и прочел отцу стихи, которые отец помнил всю жизнь.

«Играй и зрей, мой
милый мальчик
под гнетом рабства и стыда,
и пополняй ума алтар-
чик ты знаньем
тяжкого труда.»

Кто это был? Папа предполагал, что это был политический ссыльный, да еще к тому же поэт.

В 1925г. моя мама в возрасте 23 лет приехала из Фарпуса в д. Яново к Черкашиным Филиппу Андреевичу и Степаниде Афанасьевне в гости, как к родственникам по линии Суриковых. Они роднились, хотя кровного родства не было. Тут мой папаша и приглядел Дуняшу. Так Аким Филиппович Черкашин и Евдокия Ильинична Черкашина стали мужем и женой и нашими родителями.

В 1926 г. родилась у них дочка Нина (Антонина), в 1927г. Сын Володя.

Жили они большой семьей.

Наступил 1930 год. Началась коллективизация. Стали создавать колхозы. В колхоз пошли те, кто не имел своего хозяйства. Была такая категория сельчан, которая не хотела заниматься своим хозяйством, это же хлопотно и ко многому обязывает. Они летом нанимались к тем, кто имел свое хозяйство, обеспечивали себя всем на зиму, а зимой лежа на полатях, пощелкивали семечки.

Им было нечего терять, они шли в колхоз. А кто имел хозяйство, тем предлагалось сдать все в колхоз безвозмездно и работать за трудодни.

Естественно, мало кто шел на это.

Поэтому большинство раскулачили и отправили в ссылку, в т.ч. и деда со всем семейством.

На тот момент семья состояла из моего деда Филиппа Андреевича, 57 лет, бабушки Степаниды Афанасьевны, 55 лет, моего отца, мамы с двумя детьми, Ниной и Володей (третьим мама была в положении), дяди Мити 19 лет, тети Маруси 13 лет, а т. Аня была уже замужем за Тюльковым Иваном и жила в д. Тюльково, у них был сын Гелий, он жив и сейчас.

Вот как рассказывала мне т. Маруся. Она поехала погостить к т. Ане в д. Тюльково, а когда вернулась, заходит в свой дом, а там совсем другие люди живут.

Как вы думаете, что могла испытать 13-летняя девочка?

Когда пришла в себя ,ей сказали, что всю семью Черкашиных загнали в небольшой домишко и еще много семей.

У них было отнято все, кроме личных вещей.

На основании справки Новоселовского с/Совета №3-09 от 13 мая 1930г. дед Черкашин Филипп Анлреевич, глава и все его иждивенцы были лишены избирательных прав и высланы в неизвестном направлении.

Была весна 30-го года.

Всех раскулаченных усадили на подводы, много подвод, и когда тронулась эта процессия, стоял стон. Плакали, кто уезжал в ссылку, плакали и те, кто оставался. Долго был слышен плач и собачий лай. Собаки бежали за повозками, провожая.

(По дороге дядя Митя сбежал и скрывался у бакенщика. Потом жил и работал в Красноярске и погиб в автокатастрофе молодым и неженатым.)

Деревни были разорены, колхозы были нищие.

Начиналась новая жизнь.

Проехали г. Красноярск, остановились в д. Маковка, где-то возле г. Енисейска.

Там мама и родила 3-го ребенка Костю 30 мая 30г. В какой-то бане. Можно себе представить, какого им было.

Ссыльным предложили там обосноваться. Это были болотистые места. Комары. Малярия.

Малярия — это в те годы была такая болезнь, комаринная, очень опасная. Она косила людей беспощадно. Умирали дети.

Мама говорила, что в одной семье умерли все пятеро детей от малярии. Родители остались одни и ушли куда глаза глядят.

Наш дед Филипп и папа, чтобы сохранить семью, отправили маму с детьми, т. Марусю обратно в д. Яново. Тайно. Бабушка Степанида осталась с дедом и папой.

Это время, что мама с детьми прожила в д. Яново, было унизительным.

Они скрывались в бане у брата деда Филиппа Алексея Андреевича Черкашина (он был раскулачен позже, в 1933г. - Это я обнаружила в краевом архиве, но не был сослан, у него было трое детей: Марина, Феоктиста и Александр).

Еду им носили в баню.

Потом дядюшка Алексей им отказал и они ещё у кого — то жили.

Мама часто вспоминала добром Анну Прокопьевну, фамилию не помню, которая тоже ей помогала.

Мама занималась шитьем и этим зарабатывала на прокорм детей.

т. Маруся жила в другой семье. Не знаю, сколько они так прожили скрываясь.

Через какое-то время деда с бабушкой и отца отправили на золотые прииски (Гадаловские), на пр. Шаарган, недалеко от Ю-Енисейский.

Бабушка Степанида съездила за мамой с детьми и дочкой Марусей. Жили все вместе. Жили в бараке.

Ссыльные сами строили себе бараки и жило в них по несколько семей.

Несмотря на лишения, жили дружно, помогали друг другу. Люди были воспитаны церковью.

Мужчины валили лес, пилили, кололи.

Отец с дедом даже были стахановцами.

В 1933г. родился четвёртый ребёнок, Юра (7 сентября), голубоглазый.
В 1937г. родился пятый, Саня (16 марта).
В 1940г. Родилась я, Галя (12 апр)

В 1940г. нашей семье из 10-ти человек разрешили переехать и поселиться в с/х Бельский, что в 8-ми км. от Мотыгино на Ангаре.

Сам совхоз Бельский располагался на возвышении, а низменную часть у протоки Ангары занимал огромный огород, где выращивались картофель, овощи. Там же была бондарка (где делались бочки) и засольная.

В засольной было несколько чанов, закопанных в землю, в которые при помощи овощерезки ссыпалась капуста и морковь, а женщины в резиновых сапогах утаптывали эту капусту, солили огурцы и помидоры солили в деревянные бочки.

Зимой эти овощи поставляли на прииски: Раздолинский, Ю-Енисейский.

Лето было короткое, но жаркое. Мошка, комары, слепни. Без сеток (рисунок сетки) не ходили. Клещи были не опасными, впивались, наливались кровью, но ни человек, ни скот не умирали.

Грозы были жутчайшие, тайга же. Зимы очень морозные, -40, -45*С и очень снежные.

Так вот слева от огорода был самострой Рыбинский, где дед с отцом и построили дом для нашей семьи. Он находился на самом высоком месте, по краям и пониже ещё два дома и внизу у реки еще несколько домов.

Рядом с нами жили Потылицыны, Кухаренко, а внизу Федоренко, Тюменцевы, Долбенко, М(Ле)онидовы, Басаргины

За нашим домом к лесу был наш большой огород.

В 1941г., перед началом войны, дед Филипп умер. Началась война. Отца и старшую сестру Нину в пятнадцатилетнем возрасте призвали в трудовую армию. Нина работала в Мотыгино, а потом в геологоразведке. Вышла замуж за Анатолия Деньгина, родила 4-х детей и умерла в Ю-Енисейске.

В годы войны мама работала , то телятницей, то огородницей.

С нами была бабушка. Володя, старший брат, оставил школу и пошел работать . Уж больно голодно было.

Костя, Юра учились, потом и Саня пошел в школу. Я пошла в школу уже старушкой, на 9-м году жизни.

Маму в последствии награждали медалями за труд в годы Войны 41 — 45гг. Папа же был направлен на Урал, там тысячи ссыльных работали на приближение победы.

От голода они пухли и умирали. Посылки, которые отправляли родные, до них не доходили. Отец выжил. Он же был трудяга. Брал топор шел помогать семьям, оставшимся без мужей.

Ему давали табачок, картошки и пр. Он выжил

Когда окончилась война, трудовую армию распустили. Изможденные они возвращались домой, но по дороге многие умирали.

Папу встречали на лодке. Пароход на котором они плыли, затормозил на нашей протоке Ангаре и его сняли.

Мне было 5 лет и я видела как его вели подруки мои братья. Он походил на высохшую корочку хлеба, черный. Я убежала и спряталась, я боялась его.

Только на следующий день, когда соседи пришли поприветствовать его с возвращением я появилась и он взял меня на руки.

Жить стало легче. Хорошо, когда семья полная, много детей и рядом бабушка.
Родители не сюсюкались с нами, некогда было целовать нас в попку, приучали к труду.

Мама работала в совхозе, обшивала нас всех, была хорошей хозяйкой и хорошей женой и мамой. Отец был на все руки мастер, образование имел 4 кл. Он строил, делал мебель, охотился, выделывал кожу, шил всем обувь, но особенно любил рыбалку.

Зимой по вечерам вязал сети. Сам строил лодку, смолил её.

Как только на Ангаре прекращался ледоход, еще плыла шуга, он с братьями сталкивал лодку в воду и плыл рыбачить.

Родители были воспитаны церковью и даже в тяжелые годы христианские праздники.
Отец любил стихи. Он много знал дореволюционных стихов, любил слушать, когда мы заучивали стихи Пушкина, Лермонтова. Особенно любил «Бородино» и «Сашка» Лермонтова.

Так шли годы. На смену 7-ми линейным лампам пришла лампочка Ильича, затем радио (черные тарелки на столбах), затем кино.

Братья Костя и Юрий окончили учетно — плановый техникум в г. Енисейске, а Юра еще и Томское офицерское училище.

Володя служил в армии.

1950 год. Отцу разрешили с семьей (папа, мама, бабушка, Саня и я, Галя) уехать из Бельска. В течение года мы поменяли несколько мест, пока отец не встретил директора совхоза «Сов. Хакасия» Боградского р-на Кр. края, т. Буданова. Он предложил отцу работу и жилье в совхозе.

Родители работали, мы с Саней учились. Саню после 9-го кл взяли в армию, после армии

10-й кл закончил в вечерней школе в г. Красноярске и поступил в сельхозин-т.

Я окончила 10кл в 1958г. Окончила Сибирский технологический ин-ит и по сию пору живу в Красноярске.

Бабушка Степанида похоронена в с/х «Сов. Хакасия», а мои родители последние годы жили со мной, умерли один за другим, в 1983г. и похоронены на кладбище Бадалык.
Когда вышел закон России от 18 октября 1991г. «О реабилитации жертв политических репрессий» я только в 1993г. смогла реабилитировать своих родных: Черкашина Филиппа Андреевича (деда), Черкашину Степаниду Афанасьевну (бабушку), папу Черкашина Акима Филипповича, маму Черкашину Евдокию Ильиничну, папину сестру Черкашину Анну Филипповну, сестру Черкашину Антонину Е(А)кимовну, брата Черкашина Владимира Акимовича.

Братьев Черкашина Константина Е(А)кимовича, Юрия Акимовича, Александра Акимовича и себя Черкашину Галину Е(А)кимовну.

Несколько моментов из жизни той.

В студенческие годы мне пришлось побывать в д. Яново, посмотреть родительский дом. Я горько плакала при виде того, что я увидела: небольшой домишко, низенький с маленькими окошками, посеревший, опустевший, развалившийся навесик и что-то подобие ворот. Земля вытоптана, почему-то я не увидела ни одной травинки (а был сентябрь). Просто мёртвое царство. Там никто не жил. Был 1960 год. Вот так кулак мой дед был!

Но ведь дом и сейчас есть. Во время переселения яновских в Новоселово один мужчина со странной фамилией разобрал дом деда и перевез в Новоселово. Поставил на фундамент, он стал выше, фасад обшил, а бока теже бревенчатые, но что самое интересное, он окна сохранил те же маленькие. Стоит он на ул.Строительной, 17. В нем уже сменилось несколько семей.

Мы с младшим братом Александром, остались вдвоем, остальные отошли в иной мир.

Пока мы живы, этот дом для нас памятник нашим родным.

В 1994г я ездила в Новоселово, прошла поселок вдоль и поперек, пока не разыскала яновских: Грекова Ивана Архиповича проживавшего на ул. Возрождения, 22
Медведеву Августу Ильиничну на этой же улице, №4, Чернову Надежду Дмитриевну проживавшую на ул. К. Маркса,4-1.

В 1930г им было примерно 13-14 лет ровесники т. Маруси. Они помнили моих деда с бабушкой Черкашиных и моих родителей.

Они мне и рассказали про дом и кто его перевез в Новоселово и где он находится.

Годы 1930 — 1950 были тревожными. Кажется воздух был пропитан страхом.

Не было переписки с родными. Мамина сестра т. Ненила вышла замуж за Григория Василовского. 5Детей. Григория объявили врагом народа, где-то сгноили. Тетю Ненилу по этой причине не брали на работу. Голод, нищета.

Об этом мы узнали, когда проездом в 1950 году остановились на ст. Шира, съездили в форпост (колхоз Буденный) и нашли тетю Ненилу. Мы жили бедно, но то что я увидела в ее домишке меня поразило: ни одной тряпички, все кругом голо. И как эта женщина выжила и вырастила одна своих детей и выучила. В живых одна ее дочь осталась, Надежда Васильевна Догадаева. Они работали с мужем на курорте Шира, а сейчас живут в Кр. Загорье.

С братьями у мамы переписки не было. Позже мама узнала, что брат Александр Ильич погиб под Ленинградом во время войны, а Николай воевал и остался жив. Жил в Минусинске, там и умер.

Вот такая правда жизни. Я не критикую. Так было.

И еще один момент. Мама имела награды за труд в годы войны. А почему не награждали тех, как отец, которые тоже трудились на фронт? И сейчас, после реабилитации вспоминают только 30 октября.


На главную страницу