К читателю


Перед вами вторая книга воспоминаний норильчан о жизни и работе в Заполярье.

Что движет людьми, взявшимися за перо? Об этом я спрашивала и самих авторов. Если их ответы привести к общему знаменателю, коротко можно сказать так: норильчане не хотят, чтобы случился исторический склероз общества, и решили начать со своей родни — они обращаются прежде всего к правнукам, внукам и взрослым детям. Ведь их воспоминания — это родословная нескольких поколений большой норильской семьи.

Надо развеять миф, что комбинат построили комсомольцы. Пора отдать заслуженные почести заключенным:это им досталась в нетронутой тундре самая тяжкая работа — она длилась долгих 25 лет до того времени, когда первый комсомольский десант высадился в Заполярье.

Тяготы экстремальной жизни на Крайнем Севере и труда в Норильлаге (первые 20–25 лет больше работать было просто негде) и заключенных, и вольнонаемных вынуждали в каком-то смысле одинаково терпеть стужу и пургу, одолевать нелегкую дорогу на промобъект, ощущать нехватку солнца, витаминов, одежды… И те, и другие рассказывали,что доброта, находчивость и взаимовыручка стали норильской традицией именно в трагические годы Норильлага: уже тогда людей ценили прежде всего за моральные и профессиональные качества. Проверку на звание Человека в нечеловеческих условиях выдержали большинство норильчан независимо от того, кто из них был з/к, а кто в/н (вольнонаемный). Исключения, которые, конечно же, были, только подтвердили это правило.

Хочется верить, что придет время, когда историки сосвойственным им профессионализмом смогут узнать все о настоящей истории промышленного освоения Таймыра и обратятся к документам советской эпохи, многие из которых до сих пор пока недоступны. Но очевидцы, скорее всего, не доживут до подобного благородного порыва… Без сомнения, официальные бумаги красноречивы, но уж очень скупы. Воспоминания норильчан (в числе других людских свидетельств) помогут очеловечить сухие строки постановлений, указов, приговоров, справок и т.д.

Неудивительно, что пока многие норильчане описывают первые десятилетия промышленного развития Таймыра: они спешат, ведь авторам сегодня за 60–70–80 лет. Правда, уже несут и присылают свои воспоминания и первые молодые специалисты, и приехавшие по оргнабору. Читаешь их строки и понимаешь, что легких времен в Заполярье, видимо, не бывает…

Авторы воспоминаний — уже герои не нашего времени. Бесхитростно и откровенно они рассказывают о себе, облизких людях, сослуживцах, о том, как тяжело трудились, душевно отдыхали, дружили, любили, растили детей… И оказывается, наши люди и тогда были по-житейски мудры и потихоньку, без всякой бравады в душе были непокорными даже в самые страшные времена ГУЛАГа. Нет, сами они не оценивали себя подобным образом, просто это видно по тому, КАК и ЧТО они вспоминают…

Нам казалось, что норильская летопись интересна прежде всего самим норильчанам. Да и книги мы распространяем в основном среди тех, кто так или иначе связан с Таймыром. Выяснилось, что мы не совсем правы, ибо к книге проявили интерес и люди, никогда не жившие в Заполярье. Например, работавший ведущим научным сотрудником Института биоорганической химии РАН Павел Викторович Костецкий собирает материалы о репрессированных химиках.

— Ваша книга очень интересна и полезна для меня,— сказал Павел Викторович и добавил, что одну книгу он обязательно тнесет дочери известнейшего ученого, бывшего з/к Норильлага Алексея Александровича Баландина.

Если бы мы раньше познакомились с Ниной Алексеевной, обязательно попросили бы фотографию ее отца — к сожалению, в первой книге есть только его портретное изображение с конверта, выпущенного в его честь много лет назад. А.А. Баландина репрессировали дважды.

— Когда отца арестовали первый раз, мне был год и месяц. Когда он вернулся из Норильлага, мне исполнилось восемнадцать. Помню, меня тогда рассказами о лагерной жизни не тревожили, берегли. Это потом я многое узнала об отце, особенно когда прочитала два тома его дела. Предательство поразило меня… Кстати, сам отец прочитал только один том своего дела, а мы знаем, что есть и третийЕго, сказали, не покажут никому… И не показали. Пока.

Нина Алексеевна, никогда не бывавшая в Норильске, обещала написать воспоминания о семье отца, о нем самом.

Есть и еще примеры неподдельного интереса к норильской теме среди москвичей и не только. Вспоминаю юбилейный вечер клуба «69 параллель» в санатории «Озеро Белое». 65-летняя история Норильского комбината заинтересовалавсех собравшихся в зале, а ведь половина из них никогда не бывала на Таймыре. После вечера «ненорильчане» даже укорили нас:

— Что же вы так мало привезли книг о Норильске? В викторине выиграть их не смогли, а купили бы книги обязательно!

Воспоминаний, присланных из разных городов России, уже хватит не на одну книгу… Мы будем издавать воспоминания до тех пор, пока их пишут, пока покупают наши книги, ибо деньги от их продажи идут только на издательскиерасходы.

В заключение информация для наших потенциальных авторов. Каждый, кому есть что сказать о Норильске, о времени, о себе, может написать в книгу. Нашим девизом служат слова Зинаиды Гиппиус: «Записывать мелочи. Крупное запишут без нас. Мелочи лучше передают настоящее». В нашем случае «мелочи» — это то, из чего состоит жизнь простого человека. Вместе с воспоминаниями хотелось бы получить и документы, фотографии из семейного архива (мы обязательно возвратим их по указанному вами адресу).

В первоочередном порядке мы публикуем те материалы, которые рассказывают о первых десятилетиях Норильского промышленного района — из уважения к возрасту авторов.

Если кто-то из читателей заметил неточности в изложении события, факта, фамилии или имеет дополнения и уточнения к описанному авторами, просим известить об этом. С предложениями можно обратиться в издательство «ПолиМЕдиа» по тел. 159-86-11 или по адресу: 143000, Московская обл., г. Одинцово-3, а/я 101.

Галина Касабова,
генеральный директор
некоммерческого издательского
фонда «Норильский»


 На оглавление "О времени, о Норильске, о себе..."

На главную страницу