Я иду к тебе с поклоном


Дети разных народов


Так прошла наша юность

Воспоминания Александры Ефимовны Золотухиной


На снимке дети спецпереселенцев - ученики 7-го класса, они жили в Ярцевском
 интернате: Иван Куликов, Петр Подойницын, Алексей и Костя Комогорцевы,
 Константин Мальцев, Ваня Красняков, Маша Горяева, Александра и Тимофей
 Золотухины, Петр Куликов, классный руководитель Иван Григорьевич Львов,
Федор Писарев, Миша Батырев, Иван Гурулев, Александра Долгушина, Мария
 Мальцева, Ион Комогорцев, Боря Дворецкий, Женя Иванов, Таня Золотухина,
 Ваня Мальцев, Аня Гурулева,Толя Комогорцев, Ксения Батырева, Клавдия
 Комогорцева, Федя Чередниченко, Георгий Золотуев, Ириада Мальцева,
В. Высотин. Фото 1937 года

Мимо Ярцева меня провезли в июле 1931 года, чтобы выбросить вместе с родителями, земляками-забайкальцами из парохода «Мария Ульянова» на берегу села Никулино - на выживание. Все взрослые, а были это в основном женщины и старики, так как мужчины наши еще сидели в забайкальской тюрьме или были расстреляны, пошли рубить лес, очищать поваленные деревья от сучьев, шкурить и сплавлять для строительства бараков. Каждой семье в первых четырех строениях вскоре выделили по уголку на нарах. Спать нам было то душно, то холодно... Старики и дети стали болеть, умирать. В нашем бараке умерли шестеро, в том числе и мама. Бабушка от горя заболела и вскоре тоже умерла. Потом - братик. Благо, приехал отец. Он ежедневно уезжал на лесозаготовки, и я оставалась «хозяйкой» в маленькой избушке, которую теперь построили отец с дедом. И заботилась о дедушке, ведь ему было уже восемьдесят лет. Спасибо учителям, всем никулинским жителям -они поддержали меня, как и других сирот. Местные жители водили нас в тайгу за ягодами (ох, как хотелось спать, а мы в шесть утра уже выходили, чтобы вернуться к обеду, сдать в сельпо ягоду - и снова в лес). После четвертого класса отец отправил меня учиться в Ярцево, где я жила в интернате. В юность я вступила в этом селе, и оно стало для меня родным. Вместе со мной в интернате жило более ста детей спецпереселенцев, мужественно трудившихся на лесозаготовках и на пашнях в Никулине, на Фомке, в Сергееве, Нижнешадрине, Ледневе, в Кривляке, на Смольном.


Александра Золотухина, студентка 2-го курса (справа), с подругой Леной Мурзтой

И ежедневно в интернат приходили наши учителя, проверяли, как мы проводим свободное от уроков время, вели беседы на разные темы, устраивали вечера с концертами художественной самодеятельности. В столовой отмечали каждый месяц «накопившиеся» дни рождения, вручали скромные подарки. Так что вдали от родителей мы не чувствовали себя одинокими. С ярцевскими ребятами жили дружно, ходили в гости к девчатам, а они приходили в интернат. Случалось, кто-то из нас попадал в беду, и всегда взрослые местные жители нас выручали.

И мы старались в ответ сделать что-нибудь для ярцевцев. Например, приходили к неграмотным, учили их читать и расписываться. Старались украсить село - посадить побольше деревьев вокруг школы и на улицах. Как мне нравились эти чудесные места - поля, луга, могучий Енисей! Гудки пароходов, катеров, на которых мы уезжали летом к родителям в Никулино... А зимой мы ходили домой пешком - по льду Енисея и Сыма.

В Ярцеве я закончила среднюю школу и поступила учиться в Енисейский учительский институт. Мечтала стать врачом, но нам, детям спецпереселенцев, лишенных гражданских прав, нельзя было выезжать за пределы района, а в районе мединститута не было. Многие мои друзья поступили в Енисейское педучилище. Но спокойно учиться долго нам не довелось - началась война. Опустели студенческие комнаты и коридоры - наши мальчики ушли на фронт, в большинстве своем добровольцами. Мы, девушки, тоже рвались на фронт... Я не прошла комиссию из-за близорукости, военком утешил: «Работай, учись, учителя нужны...».

Летом 1942 года после вручения дипломов мы, выпускники, заготавливали для института дрова, а через месяц, получив направления, разъехались по районам Красноярского края -18 человек из 300 поступивших (остальные были на фронте или уже погибли за Родину).

В селах нас ждала нелегкая работа - днем в школе, вечерами - на уборке и погрузке зерна, овощей...


Одноклассники 7-го класса 1937 года Ярцевской школы дружат всю жизнь. Часто ездят друг к другу в гости. В 1972 году собрались в Волгограде у Кости Мальцева. Вчерашние школьники стали специалистами, уважаемыми людьми. С верхнего ряда слева направо: Александр Филинов, Анатолий Комогорцев, Павел Горяев, Георгий Золотуев, Константин Мальцев, Николай Филин, Анна Гурулева, Варвара Балахонова, Надежда и Клавдия Комогорцевы, Ксения Батырева, Александра Золотухина, Петр Фомин

Так прошла наша юность. В школе я проработала 44 года. Имею награды. Может, нескромно об этом говорить, но награждение «детей кулаков» было, наверное, в те годы своеобразным извинением Родины перед нами, ни в чем перед ней не повинными, своего рода реабилитацией. Мы старались не помнить зла. Хотелось ли нам в Забайкалье? Отцу -да. Он попросил меня в 1958 году свозить его туда. Съездили, посмотрели, но жить там не остались. Наверное, отвыкли... Вернулись в Красноярский край. Мимо тех мест, где я выросла, - Ярцева, Никулина - я проплывала как-то со школьниками на теплоходе. Вышла рано утром на палубу, когда плыли мимо Ярцева, смотрю - та тополиная роща, что посадили мы с ребятами, потом ушедшими на фронт... Стою, плачу... Кто-то из членов экипажа подошел ко мне: «Что вы плачете? Здесь ваша родина?» - «Да, здесь я выросла. Здесь прошла моя юность...».

И какая юность! Ее без слёз не вспомнишь. Через 65 лет после июльской высадки в неизвестность состоялась моя новая встреча с ярцевской землей. Мы собрались на нашей второй родине, чтобы поставить на высоком никулинском берегу памятник своим родителям, пережившим голод, холод, политический надзор, грубость, тяжкий труд, ранние смерти близких... Встреча всколыхнула, разбередила, придала сил... И гордость, что все мы стали уважаемыми людьми, все получили образование, много работали, Живем достойно... С Ярцево меня и сейчас связывают нити благодарности за знания, за поддержку и помощь в годы учебы, когда так страшно было остаться совсем одной в большом селе...

Александра Золотухина. Красноярск, 2004


В оглавление

На главную страницу

Красноярское общество «Мемориал» НЕ включено в реестр общественных организаций «иностранных агентов». Однако, поскольку наша организация входит в структуру Международного общества «Мемориал», которое включено в данный реестр, то мы в соответствии с новыми требованиями российского законодательства вынуждены маркировать нашу продукцию текстом следующего содержания:
«Материалы (информация) произведены, распространены и (или) направлены учредителем, членом, участником, руководителем некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, или лицом, входящим в состав органа такой некоммерческой организации».
Отметим также, что Международный Мемориал не согласен с этим решением Минюста РФ, и оспаривает его в суде.