Красноярсий край: Осуждения по политическим обвинениям (1939-1953)

Осуждения по политическим обвинениям (1939-1953). Красноярский край

СССР (всего), Красноярский край (включая Хакасскую АО), Тувинская АССР (до 1944 г. формально самостоятельное государство). Для сравнения - Ленинградская область (включая г. Ленинград).

Год СССР Красн. край Тува Ленингр. обл.
1939 44731 130   1008
1940 132958 377   1474
1941 нет  данных
1942 190957 1619   5238
1943 141253 262   1326
1944 н.д. 135   1454
1945 112348 162 9 1309
1946 91008 92 6 336
1947 76803 52 51 557
1948 70568 166 96 524
1949 70929 337 87 1146
1950 59630 311 62 935
1951 46029 293 54 979
1952 17747 75 45 141
1953 11548 75 13 110

Данные предоставлены нам Научно-информационным центром Российского общества "Мемориал". Источник - фонды Государственного архива РФ (бывшего ЦГАОР СССР).

ДОПОЛНЕНИЯ И КОММЕНТАРИИ.

К сожалению, точными цифрами осуждений по нашему региону по другим годам мы не располагаем, кроме 1957 г., когда в Красноярском крае было осуждено по ст. 58 тридцать человек (но треть из них осудили всего лишь за разные выкрики в пьяном виде). Эта знаменитая статья, кстати, дожила до 1959 г. и ушла в небытие вместе с Уголовным Кодексом РСФСР (редакция 1926 г.). С 1960 г. стал действовать новый, "хрущёвский", УК РСФСР.

Об арестах до 1937 года см. "Хронология арестов".

В Красноярском крае с августа 1937-го по ноябрь 1938-го по политическим статьям было приговорено к расстрелу 12 603 человека, к отбытию срока заключения в лагерях — 5529. Заметим, что всего тройки в Красноярске  рассмотрели дела 19 652 обвиняемых, из которых 1520 человек обвинялись по общеуголовным статьям, а 18132 по политическим (это к вопросу о еще одном сталинистском мифе - о том, что политические составляли небольшой процент среди репрессированных). Кроме того, несколько тысяч арестованных в этот период освободили в 1939 г.

Резкий рост числа осуждений в 1940 г. частично был связан с появлением в регионе примерно 30 тысяч ссыльных польских граждан, т.е. с подавлением попыток протеста и сопротивления в их среде.

В 1941 году в нашем регионе арестовали несколько тысяч человек. Цифра осуждений по 1942 г. - это, в значительной мере, "хвост" арестов 1941 года. Но это и волна "лагерных арестов", в основном в Норильлаге и Краслаге.

Очень важной оговорки требуют цифры по 1942-1943 гг. В этот период были осуждены (ОСО НКВД) около 5 тысяч литовских граждан, арестованных в Литве, которые с 1941 г. находились в заключении в Красноярском крае (кадровые офицеры - в Норильлаге, все остальные в Краслаге). Очевидно, что эти осуждения не вошли в таблицу.

Серьёзные сомнения вызывают у нас цифры по 1944-1945 гг. В это время в регионе было арестовано и осуждено не менее 100 украинцев, привезенных на формирование в запасные полки в Красноярске и в Ачинске. Неужели, кроме них, почти никого у нас не осуждали? Видимо, эти осуждения тоже не вошли в таблицу.

Очередной резкий рост числа осуждений в 1948 г. и особенно в 1949 г. был связан частью с новой общей волной арестов, частью же с очередной волной депортаций из стран Балтии и с появлением в регионе новой массовой категории ссыльных: бывших узников лагерей ("повторников" и "нарядников").

Сильнейшие сомнения вызывает у нас цифра по 1950 году. 1949-1950 годы - период массовых повторных арестов бывших узников, не только недавних, но и довоенных (последних, правда, осталось немного). Это были и узники Норильлага, Краслага и других "здешних" лагерей, оставшиеся в регионе, и местные жители, вернувшиеся с Урала, с Колымы, из Вятлага, с БАМа. Тысячи этих повторников были арестованы в 1949-1951 гг. и осуждены ОСО МГБ на бессрочную ссылку ("вечное поселение"). Их осуждали, однако, по "старым" делам - новых дел обычно не заводили. Может быть, именно по этой причине такие повторные осуждения в таблицу не попали. И в цифре по СССР повторники явно "не помещаются": в общей сложности их были сотни тысяч.

Обращают на себя внимание цифры по 1952-1953 гг. Казалось бы, настолько разные годы - но различие в цифрах невелико (а по нашему региону нулевое). Это значит, что после короткой передышки начала подниматься новая волна террора - и упала, когда черти пришли по чёрную душу "лучшего друга всех физкультурников".

КАК СООТНОСЯТСЯ ОСУЖДЕНИЯ И АРЕСТЫ, ЧТО ТАКОЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ МОТИВЫ И КАК ЭТО ВООБЩЕ ПОНИМАТЬ?

(методические материалы к таблице осуждений).

Число арестованных всегда превосходило число осуждённых, так как:

1) часть арестованных погибала в заключении (в тюрьме или ИТ лагере) прежде, чем им успевали выписать срок или другой приговор;

2) в практике встречались случаи освобождения (оправдания) арестованных, особенно в 1939 г., в период т.н. "бериевской оттепели", когда освобождения приобрели по-настоящему массовый характер. Это может показаться невероятным, но случаи освобождения (довольно редкие и для нас необъяснимые) отмечены даже в разгар Большого Террора, осенью 1937 и весной 1938 г. Впрочем, в ряде таких случаев (однако не всегда) вскоре после освобождения происходил повторный арест.

Кроме того, в 1939-1940 гг. значительное число дел было пересмотрено и прекращено по "жалобам Калинину", которые писали политзаключённые из лагерей. Но пересмотра удавалось добиться лишь тем, которые во время "следствия" не признали себя виновными. И притом не из всяких лагерей такие жалобы удавалось посылать. Всего в этот период добились освобождения навряд ли более 1-2% политических узников ИТ лагерей. К тому же, часть из этих освобождённых (оправданных) политзаключённых вскоре, в основном в 1941 г., были повторно арестованы и осуждены. Некоторым из "жалобщиков" дела не прекратили, однако или "скостили" сроки (часто с переквалификацией на "бытовую" статью - например, на ст. 109 или 111), или заменили лагерь на ссылку.

Наконец, было бы ошибкой считать, что террор "правоприменительного" типа проводился только с помощью "политических" статей тогдашнего УК. Множество людоедских законов и указов, начиная (вероятно) с "закона о трёх колосках" (от 7.08.32 г.), включая "указ об опозданиях" (от 1940 года), которым уже и в городах было введено, по сути, крепостное право, и "указ о невыработке трудодней" (от 2.06.48 г.), кончая "указом о тунеядцах" уже в 1961 году, имело одну общую цель - запугать народ, и одну общую весьма характерную черту - применялись они по усмотрению начальства. При этом применялись селективно и, в то же время, произвольно, как инструмент расправы с любыми неугодными (чем-то не угодившими начальству). Что и обнаруживает истинную цель сочинителей подобных "правовых норм".

В самом деле, ну зачем понадобился, например, "закон о трёх колосках"? Или указы от 4.06.48 г.? Разве в уголовном кодексе не было статьи 162 (кража)и подобных? И что мешало "усиливать борьбу" с хищениями, скажем, путём внесения изменений в ст. 162 УК? Опять мы видим, что упомянутые законы с указами были придуманы вовсе не для борьбы с хищениями и прочим воровством, а для чего-то совсем другого.

И, last but not least, по разнообразным якобы "неполитическим" статьям, законам или указам, точно так же, как по знаменитой 58-й, сплошь и рядом осуждались ВООБЩЕ НИ В ЧЁМ НЕПОВИННЫЕ люди! То есть "неполитические" дела зачастую были такими же ЛИПОВЫМИ, как "политические". И в общем-то нет никаких оснований для уверенности, что в общей массе фальсифицированных дел "политические" составляли большинство. Может, и да. А может, и нет. Этого мы, скорее всего, точно никогда не узнаем: почти все "бытовые" уголовные дела давным-давно списаны и отправлены в печку.


На главную страницу