Новости
О сайте
Часто задавамые вопросы
Мартиролог
Аресты, осуждения
Лагеря Красноярского края
Ссылка
Документы
Реабилитация
Наша работа
Поиск
English  Deutsch

Судьба народа в руках власти


 Управление образования администрации Богучанского района
Центр дополнительного образования детей

Выполнили:
Кабанов Кирилл, воспитанник детского объединения «Я расту»
Гудик Даниил Викторович, воспитанник детского объединения «Я расту»

Центр дополнительного образования детей
Красноярский край, Богучанский район, с. Богучаны

Руководитель: Кабанова Галина Анатольевна
Педагог дополнительного образования,

Оглавление

Введение
Глава I Фотографии заговорили
Глава II Воспоминание о сталинском режиме и хрущёвской «оттепели»
Глава III. Судьба семьи Кабановых
3.1. Прощание с малой родиной
3.2. Трудные сталинские годы:
3.3. Смена власти надежда на лучшее
Библиография
Список приложений

Введение

Тот, кто достиг пределов высшей
власти,
Опасен тем, что властолюбие губит
Сердечность в нём.
В.Шекспир.

Цель - данной работы исследовать судьбы репрессированных на примере отдельно взятой семьи.

Задачами является следующее:

1) опросить старожилов о периоде жизни при сталинском режиме и хрущёвской «оттепели».

2)проанализировать влияние власти на отдельно взятую семью.

Обоснование темы: Как власть может изменять судьбы людей

Актуализация - без знания прошлого невозможно строить будущее.

Предмет исследования-

1) ответы старожилов;
2) фотографии Е.А. Кабановой;

Гипотеза – все перемены власти отражаются на судьбе простого человека

Обзор литературы

1. В книге Ф. Бурлацкого « Вожди и советники о Хрущёве, Андропове и не только о них» - ( Москва издательство политической литературы 1990 г.) автор высказывает собственное мнение о серьёзных практических акциях, об осуществлённых и нереализованных идеях и секреты «коридоров власти».

2. Полный энциклопедический справочник история России в картах, схемах, таблицах П.Г.Дейниченко (Москва «ОЛМА – ПРЕСС», 2001г.) помогает в самостоятельном изучении такой сложной, богатой множеством событии истории нашей страны.

3. Книжное издательство «Издательские проекты» Красноярск, 2004г. В книге Геннадия Вдовенко включены воспоминания бывших политзаключённых, статьи и обзор мест ссылки.

4. Богучаны 2000г. В книге Г.Д.Шилько собраны очерки по истории  Богучанского района.

5. Школьная энциклопедия Мировая история. Новейшая история. 20 век. в 2-х томах. Содержит сведения о событиях и исторических личностях мировой истории 20 в.

Глава 1 Фотографии заговорили….

Рассматривая бабушкин альбом, уже не впервые я поймал себя на мысли, что судьба бабушкиной семьи похожа не на одну из тысячи других судеб, проживших страшное время сталинских репрессий и «хрущёвской оттепели».

Когда смотришь на фотографии, и невольно задумываешься, как они могли всё это выдержать? Ведь они были молодыми и красивыми, мечтали хорошо одеваться, хотели быть счастливыми. Но судьба распорядилась иначе. Теперь мы хорошо это знаем, как в угоду различным «культам», большим и малым, чёрное выдавалось за белое, зло – за благо, как жестоко расправлялись с теми, кто «смел, иметь своё суждение».

Анализируя прошлое, приходишь к выводу, что именно на страхе и раболепии, на безвольном повиновении масс воздвигли свой фундамент тоталитарные системы власти. Пользуясь этим страхом, сталинский режим всюду насаждал слепое повиновение, покорность, чинопочитание. Если бы не было этого страха, холуйства перед власть держащими, стремления во что бы то ни стало «выполнить» и «перевыполнить» даже в таком страшном деле, как аресты, расстрелы, ссылка невинных – разве приобрела бы трагедия такой размах, таких чудовищных размеров. Главное в том, что сталинизм, по сути дела, всё ещё жив. Не как идеология, а как система власти, система управления страной. Краткая «хрущёвская оттепель» принесла правду про тех кто был подручным диктатора. Но даже при смене власти, в начале сделав шаг к улучшению благосостояния народа, создав иллюзию коммунизма. И эта много обещающая власть, загнавшая большую часть народа в нищету, Явно не справилась со своими обязанностями. Не даром один мудрый человек сказал: «Власть развращает человека. Абсолютная власть развращает абсолютно».

Во все времена на Руси власть не любила свой народ, презирала его. Как и раньше, мнением простых людей не интересовалась. С тех пор ничего не изменилось. Нет, что не говорите, а считать, будто массовые репрессии, преследование людей за их убеждения, расправа с неугодными – дело прошлое, и не стоит его ворошить, - ещё рано. А потому все здоровые силы общества должны, объединится, что бы противостоять злу, сделать всё, чтобы это прошлое не повторилось. Чтобы стала наша Россия, наконец - то действительно мирной, процветающей, по-настоящему цивилизованной страной.

Глава 2. О сталинском режиме и хрущевской « оттепели».

Время сталинского режима было очень тяжелым периодом жизни, это время оставило глубокий след в памяти каждого человека, дожившего до нашего времени. В стране осуществлялась грандиозная индустриализация. Партийные лидеры считали, что социалистическую индустриализацию можно провести засчёт эксплуатации крестьянства. Деревня рассматривалась не только как источник продовольствия, но и как источник средства на нужды индустриализации. 5 января 1930года вышло постановление ЦК ВКП(б) « О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». Оно устанавливало жёсткие сроки завершения коллективизации.

Беда надвигалась на страну тогда, когда 30 января 1930 года ЦК ВКП(б) принял постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации».

Коллективизация шла строго по графику, к намеченной дате нужно было обобществить определённоё число хозяйств. Крестьян склоняли к вступлению в колхоз угрозами и обещанием льгот. В колхозах работали на трудодни. В конце каждого отчётного года подсчитывались трудодни и давали на них по 0,200- 0,300 граммов на трудодень. Кулаки были разделены на три группы: контрреволюционный кулацкий актив, наиболее крупные и все прочие.

Принадлежавшие к первой группе подлежали смертной казни. Вторую группу после раскулачивания выселяли в отдельные районы, третью- за пределы колхозных земель. В условиях сплошной коллективизации судьба второй и третьей групп оказалась одинаковой: выселение в северные районы Сибири. Раскулачивание проводили не судебные органы, а исполнительная власть и милиция с привлечением коммунистов, местной бедноты и специально направленных в деревню рабочих-агитаторов (двадцатипятитысячников). Чётких критериев, кого считать кулаком, не существовало. В одних случаях раскулачивали сельских богатеев, в чьих хозяйствах трудились несколько батраков, в других основанием для раскулачивания становилось наличие во дворе двух лошадей. Нередко компания по «ликвидации кулачества как класс» превращалась в сведение личных счётов, в расхищение имущества зажиточных крестьян.

Общественность бросилась грабить, в деревнях начался беспредел. Раскулачивание сопровождалось унижением, издевательством, грабежом.

Приходили в дом, забирали практически все одежду, продукты. Не стеснялись даже снимать украшения. С женщин силой, можно сказать, вырывали серьги А когда хозяев увозили, заселялись в их дома. Люди были запуганы так, что не смотрели в глаза друг другу. Дело доходило до того, что из-за малейшей ссоры сосед мог написать донос, и увозили людей без суда и следствия. В годы правления Сталина, когда люди исчезали по ночам из своих домов, вопросов никто не задавал. Ведь проводилась такая политика, что люди верили, что каждый третий - «враг народа» Люди работали очень много, практически по четырнадцать часов в колхозах, надо было накормить страну, а после нескольких годов неурожая это было очень сложно. Люди, казалось бы, не перенесут этого страшного времени репрессий. Людей мало интересовал материальный достаток, ведь в стране на первом месте стояло государство, а уже потом своё личность. После войны люди долго ходили в гимнастёрках и сапогах. В первую очередь восстанавливали тяжелую промышленность, а о благосостоянии народа сильно никто и не думал. Конец 40-х – начало 50-х гг. стал может быть самым мрачным временем в истории Советского Союза. Особенно тяжёлое положение сложилось в послевоенной деревне, потерявшей 15% населения, в том числе 61% трудоспособных мужчин, а так же большую часть тракторов и лошадей. Во многих деревнях пахали на коровах, а иногда женщины сами вчетвером- впятером впрягались в плуг. Как и в годы первых пятилеток, колхоз мог рассчитаться с работниками лишь после выполнения государственных поставок. Закупочные цены на колхозную продукцию оставались крайне низкими и возмещали колхозникам 10-20% производственных затрат. Поэтому в 1950г. в 20% хозяйств на трудодень полагалось менее 0,5 кг. зерна, а денег во многих колхозах на трудодни вообще не давали. Жизнь колхозника обеспечивали сторонние заработки и приусадебные участки, обложенные высокими налогами. В подсобном хозяйстве колхозников, рабочих и служащих производилось 51% всей сельскохозяйственной продукции и 62% продукции животноводства. На колхозном же поле сельские жители трудились лишь под угрозой уголовного преследования за не выполнение минимума трудодней (введено в 1948г.) Во всех сферах жизни был установлен идеологический контроль. Партийная идеология теперь причудливым образом сочетала великодержавие, национализм и приверженность марксизму- ленинизму. Но основой был безграничный культ Вождя. Празднование в 1949г. 70 летия Сталина превратилось в настоящую демонстрацию раболепной преданности лидеру государства.

В экономическом смысле страна словно вернулась в тридцатые годы. Всё внимание уделялось развитию тяжёлой промышленности, а из села выжимали практически всё, ничего не давая взамен. Страна жила ещё несколько лет в страхе, потому что страну ожидала новая волна репрессий, но 5 марта 1953г. Сталин скоропостижно скончался.

Сталин не оставил себе преемника. Первые месяцы после смерти Сталина были полны тревожного ожидания. Но первые речи Хрущёва, Малиновского и других руководителей уже несли с собой какие-то элементы новизны. Стали говорить о народе, его нуждах, о том, что целью социализма не может быть только индустриальный рост, о продовольствии, о жилищной проблеме, о прощении тех, кто оказался в плену. Словом повеяло ветерком перемен.

Это пережили все кто помнит прошлое. Труднее всего пришлось тем, кто попал под репрессии. И были привезены на новое место жительство не по своей воле.

Все они носили название «спецпереселенцы», «спецконтенгент», «лишенцы». Последнее шло от того, что люди были лишены права участвовать в голосовании на выборах. Даже их дети в первое время подвергались дискриминации. В школах для них были отдельные классы, была градация класс с индексом «А» - для детей нормального класса данного возраста, с индексом «Б» - для переростков и с индексом «В» - для детей «спецпереселенцев». Репрессированных унижали, как только было можно, даже баржи, на которых их везли к новому месту жительства, они должны были тянуть сами. На берегу у самого уреза воды, за многие годы такого продвижения была набита тропка, которую называли бечевник.

Когда добирались до места назначения на берегу их ждали подводы, на которые грузили скудные пожитки, которые разрешено было взять с собой, и тех, кто не мог идти, уводили вглубь тайги на несколько десятков километров. Там мужчинам давали топоры, лопаты, пилы со словами « хотите жить стройте».

Строили сначала землянки, что бы перезимовать, а затем и более тёплое жильё.

Так стали появляться посёлки, которые назвали «спецпоселениями». Только одному Богу известно, сколько пота, слёз и крови стоило этим людям, брошенным на произвол судьбы, выживать и закрепиться на этих необжитых местах. В некоторых семьях не было ничего, фуфайки служили одеждой и постелью, днем в ней работали, а на ночь подстилали вместо матраса, укрывались платками.

Глава 3. Судьба семьи Кабановых.

3.1. Из воспоминаний Евгении Афанасьевны Кабановой:

« Самого начала как всё было я не помню, была маленькая, но сестра Надя часто нам это рассказывала когда мы остались совсем одни без родителей, когда стала постарше там я уже запомнила всё сама. Когда началось массовое выселение крестьянских семей, нашу семью Кабановых тоже не обошла эта жестокая судьба. Пришли днём, сказали собираться. Мама запричитала, и стала просить, что бы подождали, у неё в печке сидит хлеб, что они хоть возьмут его в дорогу, но её никто не слушал. Представитель власти только кричал чтобы она замолчала и успокоила детей.

Отец оделся и, перед тем как выйти из дома, оглядел в последний раз комнату, подошёл к окну и снял с подоконника бутылку с водой, что натекла с окна, пошёл, вылил и повесил обратно, понимал, что хоть и не жить ему в этом доме уже никогда, но привык к порядку. Взяв одного ребёнка на руки, а другого ребёнка за руку он вышел из дома, все остальные домочадцы отправились вслед за ним. На улице отец обернулся к своему дому перекрестился, поклонился ещё раз, сказал, прощай и все вышли со двора. Вместе с другими односельчанами нас погрузили на телеги и повезли. Куда едим, что ждёт нас впереди, никто ничего не знал, дети переставали плакать, успокаивались, только изредка было слышно, как всхлипывали женщины». В те годы в Читинской области попавши под репрессии людей увозили эшелонами без суда и следствия из родных мест. Они не знали, куда и зачем их везут. Везли их в вагонах для перевозки скота, не приспособленных для людей. Продолжает свои воспоминания Евгения Афанасьевна: - «В набитых до отказа вагонах ехать было, невозможно умирали дети и старики. Не хватало воды, не говоря, уже о хлебе в первую очередь кормили детей, потому что от голода они практически всё время плакали. Мы с ребятами, что постарше понимали и поэтому терпели, сколько могли. В вагонах было душно, воздух был тяжёлый, потому что мужчины курили, люди были неделями не мытые, да и нужду справляли в вагоне в приспособленные для этого ёмкости. Их освобождали только на коротких стоянках под конвоем, что бы никто не мог убежать». Эшелоны ссыльными прибывающие из-за Забайкалья, Читинской области выгружали на станции Камарчага Манского района. Оттуда семью Кабановых с другими ссыльными отправили на Ману, на лесосплав. Когда прошёл ледоход, этих ссыльных, в том числе и семью Кабановых, отправили на плотах (разумеется, с конвоем) вниз по Мане, а затем по Енисею в Красноярск. Из Красноярска судьба забрасывает семью Кабановых со значительной частью ссыльных на Ангару. Сначала на пароходе в трюмах под конвоем везли на север до деревни Стрелка, что в устье реки Ангары. О дороге по Ангаре Евгения Афанасьевна вспоминает со слезами на глазах:-« Дорога по Ангаре до деревни Татарка была долгой и трудной, отправляли уже в начале осени. Нас пересадили на илимки,( это такая большая крытая лодка берущая до десяти тонн груза тащили её восемь-десять мужиков за длинную верёвку которая называлась бичевой) мужики в том числе и мой отец, запряглись в эту бечевую и потащили вверх по Ангаре, в сопровождении конвоя, который ехал верхом на лошадях .Только в октябре месяце мы смогли высадится на берег. Лежал первый снег, было холодно, одежда была совсем не по сезону. Много ссыльных умерло в дороге. Нас повели в деревню, мы надеялись, что хоть в домах, куда нас поселят мы отогреемся. Но оказалось, что нас ведут вовсе не в дома, а на край деревни, где стояла заброшенная старая конюшня. Всех привели туда и сообщили что это наше жильё. Конюшня была такой старой и дырявой, что можно было считать звёзды, не выходя из неё. Мужчины что находили, тем и закрывали крышу, а женщины собрали всю солому, какая нашлась и подстелили чтобы не примерзнуть к полу. Печь топилась почти круглосуточно, но в конюшне всёравно было холодно, за дровами ходили те, кто были покрепче. В дороге много людей простыло, а лечить их никто и не думал. Но, правда, прожили там не долго. Когда выпал глубокий снег и установился санный путь, людей стали развозить по золотым приискам, колхозам, лесозаводам»

Семья Кабановых с другими семьями после распределения попала на прииск в Южно - Енисейск. Приехав на прииск, рассказывает Евгения Афанасьевна:- «Поселяли всех вновь прибывших и конечно нашу семью в бараки, где жило по шесть, а то и восемь семей, но радовало то, что здесь было гораздо теплее, чем в конюшне. Родители с раннего утра и до позднего вечера были на работе, мы с ребятами, что постарше собирали дрова, за которыми ходили на край леса, и топили печи, чтобы родители могли согреться, когда придут с работы ну и конечно ходили в школу. Весной отца забрали, и мы его больше не видели. Сколько мама не писала, какие запросы не делала ответа так и не получила. Мама осталась с четверыми детьми на руках. Она продолжала работать на прииске, работа была очень тяжёлая. Добыча золота связана с тем что копали и возили тачками к водоёмам где в ручную промывали породу не зависимо от погодных условий мороз или жара»

3.2 Шло время и с прииска, стали переводить в колхозы в это число, и попала, семя Кабановых их перевели в колхоз «Светлый путь» который находился в деревне Зайцева Удерейского (ныне Мотыгенского) района. Продолжает свой рассказ Евгения Афанасьевна:- «Мама, после того как мы переехали, в колхоз тяжело заболела и умерла. Сказалась работа на прииске. И старшая сестра Надя, которой было в то время четырнадцать лет, осталась с троими детьми на руках. Было страшно. Как жить? Что делать? Но на раздумье время не осталось, надо было жить. Надя с другими ребятишками уже работала. И после смерти мамы она взяла меня с собой на работу, а малышей оставляли сидеть дома. Я начала работать в колхозе с 7 лет. Мой труд заключался в том, что я ежедневно должна была относить из правления колхоза за полтора километра в администрацию сельского совета сводку о проделанной работе в бригаде. В сводках сообщалось, сколько вспахали в бригаде земли, сколько засеяли или убрали урожая, сколько заготовили сена и т. д. За этот труд я ежедневно зарабатывала 0,5 трудодня. И все мои сверстники были заняты работой. Шло время мы делали всё – собирали колоски, пропалывали колхозные поля, засеянные зерновыми; поливали колхозные огороды, где выращивалось огромное количество капусты, возили на конях навоз из частных дворов на колхозные поля. Возили копны сена к стогам, рвали лён, при молотьбе гоняли чахлых лошадей для того, чтобы привести в движение молотилку. И взрослым тоже было трудно. Надо было содержать семью, напоить и накормить всех членов семьи, обеспечить домашний скот кормами, обрабатывать огороды и.т.д. А когда мы учились в школе, то школа оказывала небольшую материальную помощь например : в начальных классах нас кормили один раз в день варили для нас картофель или гороховый суп. Мы были рады всему. Нас даже по силе и возможности обували. Помню, во втором классе нас выстроили в линейку и каждому ученику дали по паре лаптей. Это обувь типа тапок, только она сплетена из лыка, которое драли с ивы. Подошву этой обуви проконопачивали верёвкой, скрученной из пакли. Это делали для того, чтобы лапти не промокали, т.к. пакля хорошо впитывает влагу. Вот таким было наше детство». В деревне ещё стало труднее. Мужчины и парни ушли на фронт. В деревне остались женины, старики и дети. На фронт из колхозов забрали всех сильных и здоровых лошадей. Обрабатывать землю было не на ком. В плуг запрягались по 6 женщин, а за плугом ходил старичок. Так вспахивали частные огороды. А за бороной бегали мы, дети, и на заворотах борону забрасывали в нужном направлении. Колхозные поля пахали и боронили на старых лошадях – клячах, на быках и коровах. Школьники начинают учится не с 1 сентября, как положено, а с 1 октября весь сентябрь работают на колхозных полях. Убирают урожай хлеба и картошки обмолачивают злаковые культуры, задают зерно государству. Но очень часто с вырученным урожаем не справляются остается на полях не выкопанная картошка, не убран горох.

Но жизнь всё равно продолжалась говорит Евгения Афанасьевна:-« Когда стали, постарше отправили работать на свинарник самостоятельно, ответственность была большая. Ведь за каждого поросенка несли огромную ответственность, и никто никаких объяснений не принимал, ведь мы по прежнему считались детьми «врагов народа» кроме того, что работали, надо было учится, в школе. Идём бывало из школы и забегаем на поля где осталась прошлогодняя неубранная картошка, которая превратилась в крахмал. Собераем горошины выпавшие из стручков и проросшие горошины и едим вместе сземлёй. Не смотря, не на что вставали очень рано, одежда, была совсем худая и обувь практически была одна на всех. О валенках можно было только мечтать, если на ногах были крепкие и теплые обмотки, это было уже счастье. Летом во время сенокоса всех кто по старше увозили на покосы которые находились далеко от деревни. Там тоже работали не покладая рук в жару да ещё когда одолевает мошка, комары, а когда вспотеешь то пауты тут как тут одолеют. Ну а если убежишь на речку искупаться, да управляющий застанет, то уж пощады не жди, будет гнать кнутом до самого рабочего места.

С первыми пароходами стали приезжать мобилизованные с войны. К приходу парохода на пристань собирались все жители деревни от старого до малого. При всей радости встреч это были тяжёлые картины. Матери, жёны, дети радостно обнимали тех, кто вернулся живым. А вокруг стояли те, кому пришли «похоронки» или извещения «Пропал без вести». Было невыносимо смотреть на их тихие слёзы и на какую-то тайную надежду в глазах, когда они обращались к прибывшим солдатам: «А не видел ли ты там моего?»

Те, кто вернулся домой живыми и здоровыми, сразу же вышли на работу. Взялись за восстановление разрушенного за войну хозяйства. Хозяйство действительно надо было восстанавливать за годы войны всё пришло в такую негодность, что в некоторых местах надо было начинать всё строить заново.

Но власть на колхозы внимание практически не обращала, население увеличивалось, чтобы создать видимость изобилия и ограничить спрос, в 1946 году цены были на уровне свободного рынка. Ну и чтобы уничтожить сравнительно небольшие накопления, которые были, у людей провели реформу, поставив людей ещё более в затруднительное положение.

Ели не досыта, так как если у населения и было своё хозяйство, то всё равно оно было обложено налогом. Если была, корова то надо было сдать 9кг масла, с определённого количества кур сдать яйцо, если был, поросёнок сдавали шкуру. Доходило до того, что собрать данный налог не удавалось, и ездили на базар покупали и сдавали. Голод. Надежды на то, что после войны как то будет полегче, не оправдались. Из колхоза уехать было нельзя паспорта не отдавали, ну а если кто и убегал, то возвращался обратно, так как на работу не брали если только узнавали что ты из колхоза. Исполкомы следили за этим строго, даже если удавалось зимой, устроится, то весной всё равно отправляли в деревню. Репрессии в стране даже после войны не прекращались. Люди понимали что события, происходящие в стране не пройдут бесследно. Не исключено, что страну ожидала новая волна массовых репрессий, но 5 марта 1953 года Сталин скоропостижно скончался.

3.3. Первые перемены почувствовали, 27 марта 1953 года, когда была объявлена амнистия. Люди стали возвращаться домой, конечно, кто хотел или кому было куда ехать, но все - таки люди здесь ещё оставались. Первое что удерживало это был страх после всего пережитого, что бы начать жизнь где то заново. А второе здесь уже есть, крыша над головой работа дети ходят в школу. А привезённые дети выросшие здесь уже создавали свои семьи. Кроме этого с колхоза уехать было не очень просто, справок не давали. Но1954 году начинается освоение целинных земель и те, кто решает окончательно порвать, со своим прошлым отправляется в надежде изменить свою жизнь. В этом же году отменяют налог на личное подсобное хозяйство и даже разрешают его увеличить в пять раз. В домах стало появляться радио. Закончилось время, когда работали за палочки (трудодни), стали платить реальные деньги. Колхозникам были впервые пенсии и начали её выплачивать. Так же стали выдавать паспорта, люди почувствовали на себе эту смену власти. Появилась свобода выбора можно было уехать из деревне в город или в другое место. Но все эти перемены дали, свой результат сельское хозяйство ощутило подьём и 1953 -1958 гг. прирост сельскохозяйственной продукции составил 34% по сравнению предыдущим пятилетием. Таких темпов село не знало со времён нэпа. Но всё это благополучие было, не долгим сначала в 1959 году началась реорганизация МТС, в ходе которой колхозы, что бы не остаться без техники, должны были выкупать за высокую цену в течение одного года. И так техники не хватало поэтому в промежутке между тем как управлялись на фермах в летнее время шли косить или убирать сено. Визит Н.С. Хрущева в США начинается не удачно, сначала его в порту встречают с плакатами о ядерном вооружении, затем с теплохода на котором он прибыл в США сбежал матрос и попросил политического убежища и ещё одно неприятное известие застало его в Америке это то что председатель Рязанского облисполкома покончил с собой. Да когда он ещё заявил, стуча ботинком по трибуне:- « Что мы не только догоним но и перегоним Америку в плане по сельскому хозяйству». В этом же году был сделан вывод о том, что « личное подсобное хозяйство постепенно утратит своё значение» так как колхозникам выгоднее получать продукты из колхоза. С верху было, дано указание скупить весь скот у населения, в течение 2-3 лет это было сделано, что и явилось результатом этих мер упадок личного подсобного хозяйства и обострение продовольственной проблемы в стране. Правительством были принято решение «временно» повысить цены на мясо 30%, а на масло 25%. Люди были не довольны и пытались даже высказывать. Но Хрущёв был так озабочен тем, что бы показать Америке «кузькину мать», его влияние на руководителей, краёв и областей было такое, что они давали обещания выполнять два, а то и три пятилетних плана по поставки мяса стране за одну пятилетку. Хрущёв Н.С. сам ездил во многие области, где ему показывали благополучные колхозы. Реальности все боялись, ведь для того чтобы выполнять такие планы надо было, строить дополнительно фермы денег на это не было. Поэтому начались приписки, и чтобы как - то, выйти из положения скупали скот у населения. А если не хватало, то обращались, в Казахстан скупали там скот и оттуда везли и сдавали таким образам выполняли план. Семилетний план (1959 – 1965гг.) развития сельскогохозяйственного производства был провален. Вместо плановых 70% рост составил 15%. Но, несмотря на то, что в экономике были проблемы, в середине 50-х гг. была разработана программа на улучшение жизни населения. Но улучшение почему-то не очень-то ощущалось, товаров в магазинах было очень мало, гардероб у большинства состоял из одного, двух платьев. Рабочую одежду вообще вечером стирали, а утром в ней шли опять на работу. Если у кого-то в доме был патефон или радиола, а у главы костюм то считали, что эта семья живёт в достатке. Если привозили товар в магазин, то даже ночевали чтобы хоть что - то купить. Жить было не легко расценки на производстве падали, а цены росли, поэтому покупали самое необходимое. Шкаф для белья был рассчитан, так что в него можно было повесить совсем немного. Для этого существовали даже отделы, которые планировали, сколько вещей должен иметь каждый человек и нечего лишнего. Американцы устроили выставку, это был дом со всем необходимым для нормальной жизни. Но простых людей туда не пускали, попросту объяснили организаторам выставки, что советскому человеку это не нужно. Поэтому обстановка в домах была скромной заработки невысокие.

Источники

1. Шилько Г.Д.Статья «На перекрёстке судеб»//, «Ангарская правда»,
№ 14, от 10 февраля 1998г.
2. Воспоминание Тимофеевой Александры Тимофеевны.

Библиография

1. Дейниченко П.Г. Полный энциклопедический справочник истории России. Москва ОЛМА-ПРЕСС 2001.
2. Булгацкий. Ф. Вожди и советники. Москва Издательство политической культуры, 1990г.
3. Вдовенко. Г. Не признаю себя виновным. Книжное издательство «Издательские проекты» 2004г. Красноярск.
4. Шилько Г.Д. Малая родина. Богучаны, 2000г.
5. А.А. Данилов История России, Москва «Просвещение»2002г.
6. Школьная энциклопедия Мировая история. Новейшая история.20 век
в 2-х томах. Москва, « ОЛМА-ПРЕСС ОБРАЗОВАНИЕ», 2003г.
7. Кацва Л.А.. История отечества, справочник,
ООО « АСТ - ПРЕСС ШКОЛА», 2004г.


/ Наша работа/Всероссийский конкурс исторических работ старшеклассников «Человек в истории. Россия XX век»