Хроника двух жизней: Евгений и Валентина Колосовы (Документальная криминальная история первой трети ХХ века, происходившая в России, Италии и Советском Союзе)


Из показаний Г.Н. Потанина : На вопрос следственной комиссии, учрежденной в Омске, о лицах, которым был известен замысел отделения Сибири от России, Г.Н. Потанин (Потанин, русский географ, путешественник, публицист) ответил: «… Колосов также оспаривал».
7 июля 1865 года.
Из воспоминаний К.Г. Поповой: На вопрос В. И. Ленина (Ленин, организатор КПСС, основатель СССР.), - «какие ссыльные больше ей нравятся….», - К. Г. Попова ответила, что «старые (народники – Е.К.) ей кажутся лучше и они ей больше по душе…»
Апрель 1897 года.

Родители Евгения и Валентины

Отец Евгения, Евгений Яковлевич Колосов, дворянин либерально-демократических убеждений, сумевший воспитать своих детей честными гражданами, не боявшихся выступать против тоталитарной власти, родился 5 января 1839 года в семье чиновника в Нерчинске, в Забайкальском крае, ныне Читинская область. Он был первенцем, всего в семье было пятеро детей. Дед Евгения, Яков Петров Колосов, и бабушка, Мавра Андриановна Колосова, имели в Нерчинске деревянный дом на ул. Подугорной, родового же имения за ними не состояло. Я.П. Колосов служил губернским секретарем в нерчинском «Общем окружном управлении»(1).

Мать Евгения, Анна Георгиевна Колосова, урожденная Разгильдеева, полу-тунгуска, родилась в Забайкальской области в семье чиновника. Женская же линия ее рода идет от князей Гантимуровых, которые своим предком считают Чингизхана  (хана Тимура) (Чингизхан, монгольский полководец).

5 мая 1872 года А.Г. Разгильдеева была «свенчана» законным браком в Читинском Михайло-Архангельском соборе с подпоручиком в отставке Е.Я. Колосовым. Молодая семья жила в Нерчинске у родителей мужа.

4 января 1879 года у них родился сын Евгений, четвертый ребенок, всего в семье было восемь детей.

Е.Я. Колосов воспитывался в Сибирском кадетском корпусе в Омске. Его имя, как окончившего корпус в 1856 году одним из первых, было занесено на мраморную доску в зале 1-й роты. Высочайшим приказом 16 июня 1856 года произведен по экзамену из фельдфебелей кадетского корпуса в прапорщики.

Службу Е.Я. Колосов начал в конно-артиллерийской №22 батарее Сибирского линейного казачьего войска. В том же году награжден бронзовой медалью на Владимирской ленте в память войны 1853-1856 годов. 14 февраля 1858 года был прикомандирован к конно-артиллерийской № 23 батарее Забайкальского казачьего войска, а 22 апреля 1860 года его перевели в 24 батарею. «В штрафах по суду и без суда и под следствием не был»(2).

В начале 60-х годов подпоручик Колосов Е.Я. выезжает в Санкт-Петербург, где поступает в Николаевскую академию генерального штаба. В столице принимает участие в деятельности Сибирского земляческого кружка и в студенческих демонстрациях. Он решает посвятить себя общественной деятельности, бросает военную службу.

«Высочайшим приказом 1862 года, февраля 28 дня подпоручик Колосов Е.Я. уволен от службы по домашним обстоятельствам с настоящим чином и без мундира и пенсиона по невыслуге на это законом положенного срока». Е.Я. Колосову, в удостоверении прохождения службы в казачьих войсках и увольнения от службы , был дан 12 сентября 1864 года указ № 1667 (сейчас такой указ назывался бы справкой), подписанный начальником артиллерии Восточной Сибири(2).

Летом 1864 года Евгений Яковлевич работал доверенным золотопромышленной Баунтовской компании в Забайкалье, в Баргузине занимался пчеловодством(3).

Его мечтой, по словам Потанина, была профессия, которая бы сделала его независимой личностью.

Он отказывается от службы на прииске и поселяется в Томске, занимается переплетным ремеслом, затем открывает частную школу – пансион на 11 мальчиков. В Томске входит в кружок Потанина, в котором обсуждается будущее Сибири, как независимой республики, что Е.Я. Колосов оспаривает.

В своих воспоминания Потанин писал, что «целью своей жизни Е.Я. Колосов поставил пропаганду политических идей и рационализма». Его библиотека состояла из переводной литературы по естественной истории и политическим наукам.

23 мая 1865 года Г.Н. Потанин, Н.М. Ядринцев (Ядринцев, русский этнограф, писатель, исследователь Сибири.) и Е.Я. Колосов были арестованы в Томске по делу кружка Потанина. До ареста Е.Я. Колосов находился под негласным надзором полиции: он подозревался в распространении среди учеников Томской мужской гимназии №2 запрещенной литературы. Через несколько дней после ареста все трое были отправлены под конвоем в омскую тюрьму(4).

Специально созданная в Омске следственная комиссия до 27 ноября рассмотрела обвинение участников кружка в сибирском сепаратизме и дело передала в Правительствующий сенат.

Ожидая заочно приговора сената, Е.Я. Колосов перевел для себя с французского книгу Э. Ренана «Жизнь Христа».

В сентябре 1867 года решение Правительствующего сената «по следственному делу о злонамеренных действиях некоторых лиц, стремившихся к ниспровержению существующего порядка управления в Сибири и к отделению Сибири от России», передается в Государственный совет. По «определению» Правительствующего сената: отставного подпоручика Е.Я. Колосова «по обвинениям в знании о возмутительном воззвании (прокламации к «Патриотам Сибири» – Е.К.) и недонесении о том правительству, а также в сочувствии им преступным замыслам отделить Сибирь от России, на основании 313 ст. XV тома Св. Зак. Угол. части 2 (Свода законов уголовных книги 2 – Е.К.), оставить в сильнейшем подозрении, а за имение запрещенных сочинений Е.Я. Колосова заключить под арест на три месяца, а затем отдать под надзор полиции на три года»(5).

20 февраля 1868 года Александр II на мнении Государственного совета, не отличавшегося от «определения» Правительствующего сената, собственноручно написал: «Быть по сему»(5).

В апреле в Омске был получен утвержденный приговор по делу кружка Потанина.

12 декабря омский полицмейстер внес текст приговора Колосову Е.Я. в указ №1667, отметив, что последний « за имение запрещенных сочинений был подвергнут аресту на три месяца». 18 июня 1869 года полицмейстер дает Колосову Е.Я. разрешение на выезд из Омска, 28 сентября он в Томске, а 15 ноября – у родителей в Нерчинске. Нерчинский полицейский пристав 8 сентября 1871 года сделал отметку на указе об окончании надзора за офицером Е.Я. Колосовым(2).

В Нерчинске Евгений Яковлевич учительствовал, занимался переводами, в 1874 году передал Потанину, в год его полного помилования, перевод с немецкого статьи В.В. Радлова (Радлов, русский этнограф, археолог.) об Алтае.

На обращение в августе 1874 года о присвоении ему гражданского чина (после выхода в отставку Е.Я. Колосова причисляют подпоручиком к корпусу Лесничих), лесной департамент Министерства государственных имуществ 4 декабря сообщает, что Е.Я. Колосову дан чин коллежского асессора(6).

С 1875 года Е.Я. Колосов участвует в работе общественных служб Нерчинска: избирается дважды в городскую управу заместителем головы, последний раз в 1877 году на четырехлетний срок, а с 1876 по 1878 годы – словесным судьей при городской ратуше(2).

30 апреля 1878 года Е.Я. Колосов в Санкт-Петербурге подал в «Комиссию прошений» прошение, где писал: «Дабы повеление было сие прошение принять и в уважение фактов, доказывающих о доверии ко мне общества и местного областного начальства, снять с меня подозрение, в котором я оставлен по суду по уголовному делу об отделении Сибири от Российской империи»(2).

К прошению им были приложены копии: указ №1667 о прохождении службы в казачьих войсках с отметками полицмейстеров городов Омска, Томска, Нерчинска и документов по выборам его в общественные службы Нерчинска. В ноябре министр юстиции, в обращении к Правительствующему сенату, предложил принять к «исполнению» высочайшее повеление государя императора о снятии с Е.Я. Колосова подозрения по делу об отставном сотнике Потанине и других лицах(2).

В середине 80-х годов коллежский асессор Е.Я. Колосов перевозит семью в Томск, а сам работает в Ачинске акцизным надзирателем IV округа Восточной Сибири(7).

В Томске сын Евгений учится в частной школе Шемуковой и Алексеевском реальном училище, которое оканчивает в 1896 году.

В училище он проявляет склонность к журналистской деятельности, заметки ученика печатаются в газете «Сибирь», где Евгений знакомится с корреспондентами из народников и эсеров, определивших его политический выбор.

По воспоминаниям сына, отец в конце 90-х годов сделался марксистом, следил за «Новым словом» – научно-литературным и политическим журналом, издававшемся в 1884 – 1897 годах, перевел для себя книгу Ч.Дарвина (Дарвин, английский естествоиспытатель.) «Происхождение видов». Евгений Яковлевич отличался безупречной честностью, его очень уважали во всем округе.

Е.Я. Колосов умер около 1903 года.

Мама Валентины, Клавдия Гавриловна Попова, родилась в 1849 году в Томске в семье чиновника. Отец Клавдии Гавриловны, когда она была совсем маленькой, ушел в Америку в поисках новой жизни, как считали в семье. Она воспитывалась у деда в Красноярске, в 16 лет ее выдали замуж за Павла Николаевича Попова.

26 декабря 1880 года родилась младшая дочь Валентина, всего в семье было две дочери.

Клавдия Гавриловна была хозяйкой в доме, сдавала комнаты политическим ссыльным; муж, писец духовной консистории, не вмешивался в хозяйственные дела своей жены и старался избегать встреч с политическими ссыльными.

Свекр, Николай Лаврентьевич Попов, почетный гражданин Красноярска, занимавший значительный пост в местной консистории, очень ее полюбил. Когда он умер в 1882 году, то завещал дом по Больше-Качинской улице №33, ныне улица Марковского №27, и часть денег не на имя сына, а на ее имя и на имя детей.

С 1884 года по 1908 год Клавдия Гавриловна сдавала верхний этаж дома под общежитие подпольного Кр. кр., который занимался оказанием помощи политическим ссыльным.

Все политические ссыльные, попадавшие так или иначе в Красноярск, начиная с 80-х годов, хорошо знали этот дом. Некоторые останавливались здесь только проездом, другие жили более или менее продолжительное время, находя здесь приют и готовый стол за дешевую плату.

Жандармы так и звали его «штаб-квартирой политических ссыльных». Тут была и явочная квартира (при побегах), и справочный стол, и вечно открытая столовая, и постоянно действовавший адрес для переписки. Многие кредитовались у нее годами и расплачивались после возвращения на родину.

Дома Валентине приходилось невольно слушать разговоры и споры ссыльных на различные темы, что не могло не отразиться на ее впечатлениях. В 1896 году она оканчивает женскую гимназию.


1896 год. Иркутск. 1-ая слева – Валентина.

В доме К.Г. Поповой с 4 марта по 30 апреля 1897 года жил В.И. Ленин, своим устройством был доволен. В письме к матери и сестре он писал: «Здесь я живу очень хорошо: устроился на квартире удобно – тем более, что живу на полном пансионе».

Из воспоминаний К.Г. Поповой, опубликованных зятем Евгением Колосовым под псевдонимом М. Горбунов в статье «В.И.Ленин в Красноярске».

«Когда Владимир Ильич уезжал пароходом в Минусинск, то перед прощанием спрашивал Клавдию Гавриловну, «какие ссыльные больше ей нравятся, старые (народники – Е.К.), которые были раньше, или молодые, нынешние?» Она ответила ему, что «старые ей лучше и они ей больше по душе.» Расстались Владимир Ильич с Клавдией Гавриловной, несмотря на это расхождение, в симпатиях, очень тепло и сердечно».

В 1911 году К.Г. Попова переехала к старшей дочери в Минусинск, а ее дом из-за ветхости был снесен и на его месте новыми владельцами построен новый, ныне в нем располагается филиал краеведческого музея.

Весной 1921 года по распоряжению председателя Сибревкома ей был выделен паек ответственного работника, но в Минусинске местный упродком отказался выполнить это распоряжение из центра.

В том же году Клавдия Гавриловна, покинутая старыми друзьями, умерла.

Оглавление Предыдущая Следующая


На главную страницу

Красноярское общество «Мемориал» НЕ включено в реестр общественных организаций «иностранных агентов». Однако, поскольку наша организация входит в структуру Международного общества «Мемориал», которое включено в данный реестр, то мы в соответствии с новыми требованиями российского законодательства вынуждены маркировать нашу продукцию текстом следующего содержания:
«Материалы (информация) произведены, распространены и (или) направлены учредителем, членом, участником, руководителем некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, или лицом, входящим в состав органа такой некоммерческой организации».
Отметим также, что Международный Мемориал не согласен с этим решением Минюста РФ, и оспаривает его в суде.